Книга Проданная замуж, страница 45 – Лина Венкова

— А мне, наоборот, хочется верить в лучшее!

— Если хочется — верь, но его не будет. Джейн, поверь, я знаю, что говорю. Я знаю таких людей; много их видел. Они не меняются. Это письмо — подделка. Твоя бабушка его не писала. И, откровенно говоря, такое письмо — хороший повод засомневаться в том, что твоя бабушка ещё жива.

Глава 10. Предначертание

Я долго просилась у Димитрия к бабушке Ребекке. Его слова о её возможной смерти поразили меня до глубины души. Да, мы с ней были не в лучших отношениях; ссоры были нашими частыми спутницами. Но я не желала её такой участи — я не желала подобной участи никому. Особенно — своей единственной оставшейся кровной родственнице.

Супруг сдался практически перед самым нашим отъездом в поместье герцога. Эта идея ему не нравилась, и он не хотел лишний раз подвергать меня опасности. Но я не могла найти себе места и успокоиться, терзаясь неведением, и муж поддался моим уговорам.

— Одну не отпущу. Поедем вместе, но прежде необходимо снабдить тебя необходимым реквизитом.

Весь последующий вечер мы с мужем провели в библиотеке: супруг приводил различные сценарии развития событий, я же — пыталась описать своё предположительно правильное поведение.

— Мы вошли в гостиную твоей бабушки и увидели там Зейтуна. Твои действия?

— Разбиваю «Кару ведьмаря», возвращаюсь в экипаж, уезжаю.

— Правильно.

— Но, Димитрий, а как же ты? Вы с ним придёте в себя в одно время, как же ты уйдешь от него? Я не хочу тебя бросать одного!

— Спасти одного себя будет гораздо проще, чем спасать нас обоих. Не волнуйся, я напьюсь столько усиливающих зелий, что Зейтун не сможет убить меня, даже проткнув моё сердце насквозь.

— О, ужас!

— Давай дальше. Мы находим тело твоей бабушки?

— Выпиваю успокоительное снадобье, возвращаюсь в экипаж, жду тебя.

— На нас нападают несколько человек?

— Разбиваю «Потерю сознания» и «Кару ведьмаря», возвращаюсь в экипаж, уезжаю. Но я не хочу этого делать! Какой же я буду женой, если брошу своего мужа в беде?

— Любимого мужа?

Я запнулась — Димитрий уже открывал мне свои чувства, я же не могла так просто на это решиться. К моему облегчению, он не продолжал эту тему. Но продолжил другую.

— Ты бежишь к экипажу и на тебя нападают?

— Выйдя из дома оцениваю обстановку: если вижу нападающих, разбиваю «Неприятие реальности» о стену дома. Если нападают внезапно, когда я буду на пути к карете — разбиваю пузырёк о камень.

— Если рядом камней не будет?

— Будет. Заранее возьму его с собой.

— Очень хорошо, Дженни. — Похвалил меня муж. — Ты верно оцениваешь приоритеты. Но, мне бы ещё хотелось, чтобы ты понимала: невозможно запланировать абсолютно всё. Ты можешь быть готовой к ста тысячам ситуаций, но случится непредвиденная сто тысяч первая.

— Я понимаю. Хорошо это осознаю.

— Ты должна быть предельно осторожной и внимательной. Это очень важно! Внимательность спасает жизни, Джейн, и, возможно, однажды спасёт и твою. Я буду рядом и сделаю всё, чтобы не случилось непоправимого. Но, также я хочу быть уверен, что ты достаточно подкована и смела, чтобы противостоять противнику, который во множество раз сильнее и не упустит возможности завладеть тобой.

Он подошел вплотную, и я подняла взгляд: по его кристальным серым глазам было невозможно понять, что он чувствует в этот момент, но его поведение говорило за себя. Одним точно выверенным движением Димитрий прижал меня к себе, и я без малейшего сопротивления подалась навстречу. Этот поцелуй был похож на наказание — столь требовательный, но, в то же время и в невыносимой степени сладкий.