Книга Проданная замуж, страница 60 – Лина Венкова

— Договорились. — Димитрий тепло улыбнулся и, коснувшись стены рукой, прошептал несколько слов, плеснув на нее что-то из синей бутылочки.

Защитная пелена растворилась, и на нас накатила такая удушающая волна ужаса, что меня едва не стошнило при муже. Димитрий побледнел и задержал дыхание. Я подняла руку перед собой: её так неистово трясло, что пришлось спрятать между коленями, чтобы хоть немного унять дрожь.

— Что случилось? — Задыхаясь, спросила я супруга.

— Что-то мерзкое. — Прошептал супруг. — Эта тошнотворная атмосфера — шлейф, оставшийся от магии Зейтуна. Он крайне узнаваем.

— Ты прав. — Я поджала губы, стараясь не расплакаться от нахлынувших эмоций. — Я чувствовала его во время пожара в родительском доме. Теперь я поняла, что это было.

Я бросилась одеваться, но Димитрий поднял ладонь, приостанавливая.

— Не спеши. Кроме нас, в поместье нет живых людей.

Застыв, я с ужасом взглянула супругу в лицо.

— Как нет? А как же твой брат?

Муж покачал головой. «Я не знаю».

Оглушенные случившимся, мы собрались. Димитрий не хотел брать меня с собой, но оставлять одну счёл идеей ещё хуже. Коридоры, анфилады, все покои, куда мы только могли заглянуть — все были пусты. Неужели Зейтун забрал всех? Зачем? Куда? Туда же, куда забрал бабушку Ребекку?

Жива ли ещё она? А все эти люди, кружившиеся на балу ещё вчера вечером, наслаждающиеся жизнью, молодые, радостные…?

Бальный зал был местом, куда мне хотелось идти меньше всего, но туда держал путь Димитрий, и я последовала за супругом. Сердце колотилось в горле, и я всем нутром чувствовала, что грядет что-то плохое.

Не ошиблась.

Представшая нашим глазам картина выглядела… апокалиптично.

Они все были мертвы.

В центре зала виднелось выжженное пятно, славно ночью здесь пылал гигантский костёр. Вокруг, неподвижно, лежали люди. В своих парадных платьях и костюмах, с бокалами в руках, с застывшими улыбками на лицах… с отражением ужаса в невидящих глазах. Они лежали беспорядочно, словно их раскидали, как безжизненных кукол.

Я вцепилась в руку Димитрия, словно он мог спасти меня от увиденного. Супруг посмотрел на меня: ужас на его лице отзеркалил мой собственный.

Он ведь мог лежать здесь, среди них…

Всё происходящее казалось сном, и я мечтала, чтобы он растаял, как утренний туман… Мое желание не осуществилось. Быстрым шагом мы отправились к экипажу. Ни кучера, ни грумов — никого из наших людей не оказалось ни на конюшне, ни в ближайших жилых домах. Димитрий запахнул плащ и велел мне не выходить из экипажа. Я охотно послушалась супруга, спрятавшись за деревянной дверцей, словно она могла укрыть меня от того, что я сегодня увидела.

Димитрий сунул мне в окошко алый пузырек.

— Разбей, а я пока поищу почтовых голубей. Мне нужно уведомить короля о произошедшем.

Сквозь подернутое пурпурной дымкой стекло я увидела, как супруг идет вдоль улицы. Город уже проснулся, даже не догадываясь, преступление какого масштаба было совершено сегодня ночью в доме герцога. Я задумалась: если бы я не остановила Димитрия, стал бы он очередной жертвой Зейтуна? Лежал бы муж сейчас в бальном зале среди всех тех людей? Или же Димитрий вышел бы победителем, как и собирался?

Это напрасные мысли, но я всё равно не могла от них избавиться. Что, если супруг смог бы остановить Зейтуна и спасти гостей? Что если я, желая спасти Димитрия, обрекла на смерть всех их? Конечно, сам Димитрий скажет, что моей вины в смерти людей нет, и «в преступлении всегда виноват преступник», но мне всё равно казалось, что я косвенно виновата.