Книга Академия искушений, страница 135 – Лина Венкова

— А ты быстро соображаешь! – Зирайна успокоилась и выпрямилась перед зеркалом, - поможешь мне с прической?

Волосы принцессы, остриженные Плайтоном неровными кусками, успели немного отрасти за два прошедших месяца. Правда, до роскошной длинны, которую Зирайна носила до этого, было ещё далеко. Но разве могла принцесса позволить себе выйти в люди с постыдным ёжиком на голове? Без помощи опытного иллюзиониста было не обойтись.

Люка с удовольствием и без особых усилий сотворила для подруги высокую прическу, оставив шею открытой – лишь две игривые прядки ниспадали по обе стороны лица Зирайны.

— Ты настоящая мастерица, Люка, - королева похвалила проделанную работу, - какая тонкая иллюзия! Поставить рядом иллюзию твоего отца, и будет не отличить где чья!

— Большего комплимента вы мне и сделать не могли, Ваше Величество, - потупила взгляд Люка. Она и сама знала, что её иллюзии хороши, но бахвалиться перед королевой ей даже в голову не могло прийти.

— Хотела бы и я научить своих детей чему-то столь полезному, - вздохнула королева.

— Ты меня и так многому научила, мама.

Как и раньше, Зирайна абсолютно пропустила мимо ушей то, что она больше не является единственным ребёнком Мирцалии. Зирайна сама выглядела в своём красном платье как королева и была неотразима, но на словах о детях её лицо изменилось. Из расслабленного и приветливого превратилось в подозрительное, отстранённое. Губы сжались в нитку, глаза под нахмуренными бровями смотрели зло.

— Есть смысл кое-что тебе открыть, - вздохнула королева и величественно поднялась с кресла, - Люка, не обидишься, если я попрошу тебя подождать нас здесь?

— Я никуда не пойду без Люки! – торопливо ответила принцесса, и в её тоне скользнул… испуг?

— Тогда берём её с собой, - легко согласилась Мирцалия, - но попрошу тебя, Люка придержать язык о том, что ты увидишь. Я ещё сама пока не решила, что мне делать дальше.

— Х-хорошо, - почему-то начала заикаться Люка. Она не боялась королевы и не боялась Зирайны, но насторожилась, когда изменился тон голоса Мирцалии. Это должно быть что-то важное, и Люка, не понимая, как её угораздило быть втянутой в тайны королевской семьи, лишь безмолвно вопияла в душе и немного паниковала.

Они прошли несколько этажей, миновали пару коридоров. На каждом шагу приходилось приседать в книксенах и приветствовать гостей, уже собирающихся на празднество. Люка держалась позади и старалась не выделятся, что у неё, впрочем, получалось: она ещё не успела подготовиться к балу и выглядела весьма заурядно.

Втроём они вошли в детскую, залитую вечерним солнечным светом. В колыбели умильно агукал младенец, у окна за станком вышивала няня. Подчиняясь кивку королевы, она вышла из комнаты, оставив их вчетвером.

— Я… я не хочу его видеть, - призналась Зирайна, отворачиваясь, - прости меня, мама. Слишком много боли причинил его отец. Я не смогу его признать.

— У малыша есть имя, - в голосе королевы почудилось подобие строгости.

— Я знаю! – вспыхнула Зирайна, - его зовут Альм! Словно это может вернуть папу! Словно мне от этого станет легче!

— Может и станет, - развела руками Мирцалия, - подойди ближе. Люка, ты тоже.

Лицо Зирайны выражало абсолютную непокорность, но она не смогла воспротивиться прямому приказу матери. Принцессе пришлось подчиниться. Они вместе с Люкой подошли к кроватке, где резвился очаровательный малыш в полосатых ползунках и белой распашонке. Увидев маму, он улыбнулся, радостно демонстрируя миру свои четыре зуба.