Книга Требуется ходячее бедствие, страница 71 – Александра Логинова

Мне претило обряжаться, как уличной актрисе, поэтому коричневое платье с узким белым воротничком и манжетами смотрелось убого на фоне аляпистых кринолинов. К счастью, за меня говорили метла, зажатая в правой руке, и мясницкий тесак, висящий на поясе. В левой ладони не было ничего устрашающего. Напротив, пальцы сжимали тонкую белую ленточку, которую я положила на столик под нос графине.

— Вы узнаете этот предмет, ваша светлость?

— Девичья лента для волос, – настороженно ответила Элианна.

С некоторых пор графиня не знала, чего от меня ждать. Сначала она боялась, что я всем открою ее маленькую тайну, но ни к завтраку, ни к обеду, ни на следующий день этого не произошло. Полежав еще маленько, Эла усовестилась и решила наконец «ожить».

— Она не кажется вам странной?

— Ну, слегка длинновата, – присмотрелась девушка. – Смятая.

— Вчера вечером на этой ленте повесилась самая взрослая подопечная вашего фонда, которая не дождалась своего приданного, обещанного графиней Ланкрофт.

Эла беззвучно вскрикнула, прижав ладонь ко рту. В спальне поднялся невообразимый гвалт: фрейлины кричали на разные голоса, требуя немедленно убрать эту гадость, позвать лекарку и выставить меня вон. Кто-то из дам разбил чашку, кто-то вскочил, заметавшись в припадке нервозности. Только графиня таращилась на ленту со смесью ужаса и вины.

— Мисс Басти, сирота двадцати одного года от роду, должна была выйти за моряка и уплыть с ним на родину будущего супруга. Главное условие – вложить приданное в это путешествие, чтобы молодожены спокойно пересекли море в отдельной каюте, с нормальной порцией сухарей и пресной воды.

Приданного не случилось. Господин моряк был вынужден повременить со свадьбой, наняться на торговое судно и пообещать своей невесте пристать к ее берегу через год.

— Через два месяца мисс Басти выходит из-под вашего патронажа, сразу после дня рождения, и была бы вынуждена зарабатывать на приданное сама. Знаете, сколько она получала за тяжелейший труд скотницы? Одну десятую унара в день. Три унара в месяц – универсальная диета для молодой девушки, которую уже шатало ветром.

Ветер раскачивал окоченевшее тело, как жутковатый маятник, негромко стуча дырявыми ботиночками мисс о высокую стену коровника. На лице девушки застыла гримаса боли, контрастирующая с распущенными волосами, ниспадающими вниз красивыми волнами. Белый летний сарафан, оставшийся от матери, был мокрым снизу, – молодая невеста обрядилась в свой свадебный наряд, ставший саваном.

— Хватит, мисс Фрол, не надо, – исказилось лицо Флоры.

— А это что? Нож, которым зарезался мясник?! – закричала одна из леди, указывая на тесак. – Что еще вы приволокли сюда, сумасшедшая?

— Нет, это нож, которым должны были пустить кровь молочному поросенку для вашего стола. Но в хлев пробрались волки, задрали всех поросят и заразили бешенством двух свиноматок. На карантине весь хлев, большинство особей утилизировано. Свинопасы выпороты и изгнаны из замка за подозрение в переносе заразы. Угадайте, куда они отправились? В деревни.

— А метла? – после долгого молчания спросила Эла.

— Метлой я огрею всякого, кто еще раз скажет, что графине невместно заботиться о простых людях до обеда.

Пока Элианна неуверенно заполняла бумаги на срочную передачу бюджета казначею фонда, руководствуясь подсказками сестры, я вертела в руках уборочный инвентарь. Ночью в спальню постучались плачущие горничные – они услышали странный шум из подвала, где выл призрак и слышался звук разрываемой ткани. Девчонки перепугались до заикания и решили обратиться ко мне.