Книга Королевская ссылка, или Лорд на побегушках, страница 10 – Александра Логинова

— Ай! — сильные руки успели предотвратить поцелуй носа и негостеприимной площадки.

— Аккуратнее, леди, — Густав дернул меня наверх, как морковку, поставив рядом. — Целы?

— Яжик прыкушыла, — губы увлажнились капелькой крови. — Больно у вас тут жить.

Спохватившийся гусар вынул из нагрудного кармана белоснежный платок и стремительно промокнул мою кровь, нервно оглядываясь по сторонам. Меж тем подоспевший охранник успел ухватиться за тяжелую железную ручку на двери и изо всех сил постучать, выбивая глухой звук металла об дерево. Круглое кольцо, за которое приходилось держаться, свешивалось из пасти чугунного льва, отлитого парно, — такой же лев красовался на левой створке. Солидно.

— Стучи сильнее, — скомандовал Густав, обеспокоенно поглядывая на мой покрасневший нос.

В ответ на нещадную долбежку ручкой об дверь с той стороны послышалось глухое ворчание. Кто-то медленно, крайне неохотно двигал щеколду и со скрипом толкал правую створку едва ли на локоть вперед. Я оглянулась на взвившуюся позади поземку, подхваченную ветром, и задрожала всем телом.

— Кого нелегкая принесла? — в приоткрывшейся щели показалось сморщенное старушечье лицо.

Бабушка прищурила выцветшие глаза, нахмурила редкие седые брови и поежилась от порыва холодного ветра. Но внутрь нас пускать не спешила, подозрительно оглядывая дрожащую меня с ног до головы.

— Указом Его величества, — начал было Густав официально, но тут же закашлялся от крупной снежинки, залетевшей в горло, и сорвался на вскрик. — Открывай, Клира!

Старушка поддалась вперед, силясь разглядеть говоривших, да так и замерла, скривившись на мою шубку. Я тоже рассмотрела пожилую женщину и вынесла предварительный вердикт: вредина. Брюзгливая складка у губ на лице, испещренном морщинами, острый нос с горбинкой, седые волосы собраны в тугой пучок на затылке, — как есть Шапокляк. И общая аура легкой скандальности, что окутывала бабушку так же плотно, как теплый меховой халат.

— Ходют и ходют, — глаза едва различимой в темноте бабуськи вспыхнули торжеством. — А потом чайные ложки пропадают!

— Какие ложки, Клира? — возмутился гусар, дергая на себя створку. — Сними цепь, леди мёрзнет!

Над головой мадам Клиры в самом деле болталась толстая цепь, напоминая стандартные дверные цепочки в квартирах, только с поправкой на масштаб замка. На такую, пожалуй, и медведя посадить не зазорно, не порвет. Старые руки, покрытые пигментными пятнами, потянулись к этой самой цепочке и с силой принялись ее отстегивать. «Ох, грехи наши тяжкие!» — пыжилась от натуги бабуська, снимая небольшое кольцо, венчавшее остальные звенья. Цепь не звенела — громыхала, недовольно покидая свое место.

Свободную створку подхватила охрана, в четыре руки распахивая ее наружу и корректно отодвигая бабушку с дороги. Та фальцетом взвизгнула, но тут же выскочила обратно, ловко подставив подножку одному из солдат.

— Чего приперлись? — поинтересовалась она, ничтоже сумняшеся оглядывая опешившего секретаря.

Сервис, однако. Пока чертыхнувшиеся гусары с богатырским хэканьем грузили королевский багаж, бросая неприязненные взгляды на старушку, губернский секретарь разрывался между извинениями для меня и нецензурной бранью для неласковой женщины.

— Вам должно быть стыдно, Клира! — наконец нашелся он. — Перед вами будущая хозяйка.