Книга Королевская ссылка, или Лорд на побегушках, страница 106 – Александра Логинова

Конечно, у Её величества такого добра за глаза, весь найденный бархат, муслин и шерсть в сундуках принадлежат ей. Да что там шерсть? Заморская парча и шелк из лотоса, привезенный с далеких краев, пошли на бальные платья королевы, ныне покоящиеся в ее шкафу. Видела Николь эти платья: едва не расплакалась от красоты, пальчиками трогая мельчайшую вышивку и боясь дышать на искусный крой. Даже дворянство проняло — глаза округлились по пять копеек, а почти незаметныйшепот, принятый в прожженных аристократических кругах, стал непозволительно громким.

Откуда же королеве знать, что в степной крепости за обычный лён готовы драться до крови? А потом эту же кровь и отстирывать в ледяной воде, ничуть не жалея разбитого носа или рассеченной губы.

— Ник, а давай тебе юбку пошьем? — рядом прямо на ковер бухнулась еще одна неугомонная зараза — Аннет Линдерман, первая заводила в своей деревне.

— Поди прочь, не видишь, Её величество работает, — отмахнулась Командирша, зубами перегрызая нить.

Знала она, как зовут её за глаза, и тихо радовалась, что не Грымзой или Гадиной. А Командирша — это даже почетно. Будь она мужиком, отец всенепременно приобнял бы ее за плечи да похвастался бы курсантам.

— А мы тихонько, — голос Аннет упал до шепота. — Леди разрешила взять синий батист, помнишь? В горошек, ты еще сказала, что он красивый.

— Ну сказала и сказала, — снова рассердилась девушка. Этак госпожа решит, что она еще подарки выпрашивает, слух у неё острый. — Следи за языком. Времени много? Так пойди, смети паутину каминных полок или в чистописании поупражняйся. Кто ж в твои годы империя через «э» пишет?

— В самом деле, Николь, — внезапно вмешалась леди Аврора, отложив перо. — Почему бы тебе не сшить симпатичную обновку? Будешь в школе после уроков щеголять, а на поясе — белый бант, крахмалить ты умеешь.

— Или платье, — загорелись глаза болтушки-подружки. — Из того же батиста. А остатки хлопка на воротник да манжеты пустить можно. И на бант, само собой! Ничуть не хуже, чем у нашей барышни городской будет. Я ее как-то на ярмарке видала — грудь колесом, кринолин полметра вокруг коленок. Важная такая, как павлин! Чисто королевишна… Ой, простите, Ваше величество.

Но Её величество не ответила, снова погрузившись в сложные расчеты. Угля в сарае осталось едва ли на три дня, истопники уже крошку горючую по углам собирают да дровами печи сытят. Вчера в детской разжигали камин для экономии, а ведь давно их уже не жгли для тепла, только для уюта и света.

На столе лежали купюры и монетки, на которые миледи поглядывала неуверенно. И неудивительно: пять тысяч астров для благородной из столицы — это неделя по салонам без особого шику, комендант крепости как-то рассказывал о тамошних ценах. В Хорте, конечно, цены пониже, да только хватит ли на уголь и мясо целому замку? Север не слишком жалостлив к покупательской способности, тоже три шкуры с местных дерет.

— Николь, ты случайно не знаешь, сколько стоит телега каменного?

— До пятидесяти астров в Приморье, госпожа, — удовлетворенно кивнула она, подспудно ожидая вопроса. Откуда ж королеве знать цены на уголь? — В степи до семидесяти, стоимость дороги сказывается. А здесь и все сто может стоить, очень уж хлопотно его за северные горы тащить.