Книга Лечить нельзя помиловать, страница 18 – Александра Логинова

— Да как вы?… — побурел от негодования мистер и тут же сдулся. — Невыносимая лекарка! Боги никогда не ошибаются, но, наградив целительством такую… мизантропку, явно оплошали.

— Пожалуетесь, когда я стану зоофобкой, — короткий смешок вылетел против воли.

Эх, надо избавляться от ксенофобии, но видят боги — иногда менталитет оборотней ставит меня в тупик. Выверты звериной логики не поддаются здравому смыслу, перевертыши крутят смыслами, как хотят, частенько прикидываясь иностранцами «моя твоя не понимай». Остается загонять нелепые обвинения оплеухами под лавку и шикать, чтобы сидели тихо и не отсвечивали.

Тщательно заперев дверь кабинета и любовно стряхнув дорожную пыль с расписания приема, я потрюхала вниз по улице, на ходу приветствуя знакомых. Дочь кондитера, радостно приподымающего шляпу, недавно переболела скарлатиной. Забавная девчушка, егоза, но отлично воспитана. А вот мать торговца тканями, любящая заглядывать ко мне сразу после открытия кабинета, наоборот имеет прескверный характер — брюзжит и ворчит хуже меня, требуя работать круглосуточно. Первый дом на Принс-Пайот — небольшой ресторанчик, где меня уже дожидался заказ — бумажные упаковки с отличным стейком, томленым картофелем и салатом.

— Забронировать вам столик на субботу? — приветственно предложил метрдотель.

— Зачем?

Обычно я не ем в ресторациях и тавернах, предпочитая еду на вынос. Во-первых, люблю одиночество, а во-вторых, не желаю быть узнанной и бесплатно использованной для чужого здоровья.

— Так семнадцатое число, день богини Ахавы. Один столик остался, эрла, успевайте, — настойчиво повторил мужчина, поиграв бровями.

Я. Убью. Поля.

Вот что ему стоило промолчать? Могла бы с чистой совестью списать двусмысленность администратора на персональное умопомешательство. А теперь прекрасно понимаю, к чему клонит хлыщ. Богиня Ахава — покровительница влюбленных, весьма почитаема в Объединенном королевстве. В её честь устраивают уличные гуляния, дают любительские концерты на городских площадях, пускают магические воздушные фонарики и скупают цветы и подарки для любимых. Короче, праздник из года в год шагает мимо меня.

— Спасибо, — вежливо процедила сквозь зубы. — Не нужно.

— Тогда намекните кавалеру, — подмигнул мужчина, помогая сложить заказ в бумажный пакет.

Ы-ы-ы-ы, аскариды беспардонные. Оставьте в покое честную крокодилу, я от масштабных гульбищ дома прячусь. И Кудряшку никуда не пускаю из соображений безопасности, несмотря на её любовь к человеческим сборищам.

Кое-как добравшись до дома и мастерски избегая знакомых, я глубоко выдохнула и отперла дверь ключом.

— Как поживают мои девочки?

В коридоре небольшой усадьбы, стоящей в ряду таких же милых аккуратных домов, царил порядок. Уют, домашняя эстетика, дизайнерский вкус — я этими навыками никогда похвастаться не могла, а потому с чистой совестью переложила заботу о своем жилище на плечи мудрейшей женщины. Наемная работница Женевьева приходила каждый день, тратила на уборку час, выгуливала бусинку-пуделя и частенько дожидалась меня с работы. Прав тот, кто сказал: «Работающей женщине нужна своя жена». Отдав ей пакет с продуктами, я опустилась на колени и прижала к себе свою маленькую радость. Здравствуй, моя хорошая! Ты одна всегда рада видеть свою хозяйку-трудоголика.