Книга Кофе готов, милорд, страница 133 – Александра Логинова

— Почерковедческая экспертиза уже проведена, – доверительно сообщили ему. – А отсутвие нормальных кадров сгубило и вас.

Надо же, додуматься до двигателей внутреннего сгорания они не могут, а графологию освоили!

— Чем же вам так помешала юная, едва ли вступившая в полные права графиня?

— Выскочка. Бездарная, наглая выскочка, возомнившая о себе слишком много. Кто-то должен был вправить гордячке мозги, если папаша не справляется с воспитанием. Зачем ты в это полез, сукин ты кот? Тебе всё равно не видать чина тайного советника, хоть сдохни ради короля, выслуживаться будешь до конца времен. Или нравится чужие сапоги лизать?

— Раян, – не выдержала я. У-у-у, зараза, никакого тебе спокойного допроса.

Лейтенант правильно меня понял и слегка пошумел электрошокером под ухом заключенного, заставив его побледнеть и еле слышно заскулить. Перепуганный маркиз будто очнулся и посмотрел на меня таким взглядом, что мне захотелось довольно кивнуть, мол, да, я все еще здесь и тебе следует заткнуться.

— Выскочки вам встречались и раньше, Теодор. Двадцать один год назад маркиза С`Авек отказалась от обручения, высмеяв вас прилюдно. Четырнадцать лет назад виконтесса Бурон раскритиковала вашу финансовую политику в отношении арендаторов коммерческой зоны ваших земель. Десять лет назад Её Величество отказала вам в рассмотрении нового законопроекта, запрещающего женщинам покупать недвижимость без разрешения мужа или отца. Три года назад принцесса Акконтра отказала вам в церемониальном танце на балу Его Величества, ткнув вас носом в низкий для неё титул. И даже ваша собственная дочь достаточно экзальтированна для того, чтобы публично критиковать новые законы, та же выскочка, только родная. Так чем вам не угодила именно графиня Амори́?

— А кто сказал, что остальным я не желал смерти? До этой просто оказалось легче добраться.

— Легче, чем до виконтессы? Не смешите. Вы ведь не настолько идиот, чтобы рисковать. Её отец не просто бы начал расследование смерти единственной дочери, он бы подал прошение на прилюдную казнь любого дворянина, если бы кто-то из аристократии оказался виновен.

— Я не собирался её убивать. Не я. И не по моему заказу. Но она всё равно сдохнет, – осклабился Сатор, довольно покачиваясь на стуле.

На лице советника заходили ходуном жевалки и новый крик заключенного заставил меня поморщиться. Вряд ли там больше напряжение и он полностью заслуживает своей участи, но всё равно противно.

— Так зачем вы организовали это нападение?

— Деньги, – слюна капала из раззявленного рта и я почувствовала острую смесь жалости и брезгливости.

— Ради денег? И кто же вам за нее заплатил? Кто попытался сделать вашими руками грязную работу?

— Деньги, – повторил он, бездумно переводя взгляд с меня на лорда. – Деньги правят миром.

— Кто дал вам деньги, маркиз?

— Деньги, – повторил он, начав глупо хихикать. Кажется, перестарались с электричеством. – Только деньги, власть без денег – ничто. Ты продался за призрак жалования тайного советника, твоя баба наверняка продалась за очередную бриллиантовую безделушку, а он… он всех нас купил.

— Пойдемте, Элиза. Ему вызовут целителя, а после продолжит мой заместитель, – подал мне руку советник, помогая встать.

Я вскочила, намереваясь покинуть помещение как можно быстрее, но едва до выхода осталась пара шагов, как в спину нам полился ненавидящий фальцет: