Книга Кофе готов, милорд, страница 149 – Александра Логинова

Жрец никак не отреагировал на смену парадигмы происходящих событий, лишь вопросительно посмотрел на меня, безошибочно определив самую родовитую особу из присутствующих. Я кивнула и постаралась придать себе как можно более независимый вид. Ну да, венчание у нас. Прямо сейчас, без гостей, без друзей и родни, без предупреждения и иных свадебных обрядов. Мы так и планировали.

— Тады пожалте пару футов на браслеты брачные. Ну и на милость храму тоже не забудьте отсыпать, – начал распоряжаться старец, скрываясь в неприметной комнатке за алтарем.

Все еще напуганные, но знающие свое дело монахини принесли воды для полуобморочной новобрачной, два венца на подушке, парные оловянные браслеты и желтую шаль.

Я цыцкнула на нахалок, бросив целых два фиона за браслеты, и размотала с шеи белый шарф. Никто не смеет оскорблять мою служанку. Понятливые барышни утащили подушку и желтое непотребство, принеся взамен изящные и тонкие серебряные украшения, видно, припасенные как раз на случай богатой свадьбы.

Белая невесомая ткань укутала девочку, прикрыв ее волосы и лицо. Я взяла протянутую мне корону и встала по примеру конюха, которого раздуло от гордости быть свидетелем.

Вышедший жрец продемонстрировал нам новую, чистую и праздничную рясу, увесистый молитвенник и прочий необходимый инвентарь. Таинство венчания началось.

Гул за спиной стих под набирающий силу голос священника. Никого не смущало, что прямая трансляция из храма проходила на многочисленную публику, одни только брачующиеся смотрели на меня квадратными глазами, ища поддержки и уверенности.

Нет уж, детки, сами встряли, сами и женитесь. Ясень, вон, вообще смотрит на меня, будто только сейчас понял, что наделал. Мира же до последнего выглядела, как пыльным мешком из-за угла огорошенная, хотя мне и не нравится это понимание, что рождается в ее глазах. И почему я не сомневаюсь, что дома обвинят во всем меня?

Если рассудить, то всё складывается лучше, чем я думала. Рано или поздно все равно пришлось бы сватать нашу девочку, а с ребенком на руках это будет крайне непросто. И это если я, как госпожа, вообще разрешу каждому из них заводить семью. Увы, что в прошлом моего мира, что здесь слуги, живущие в поместье, чаще всего остаются одинокими и бездетными, чтобы не отвлекать от служения на личные «мелочи».

Если же кто-то узнает родословную малыша по отцу, то на него и на мать начнется охота. И в лучшем случае её поведут под венец с каким-нибудь корыстолюбивым мерзавцем, желающим владеть Кресс-Торном по праву опекуна и мужа. А если просто решат, что наша девочка – помеха?

— Признаете ли вы, власти владетельница, этот союз новобрачных? Есть ли у вас, земли чужой благодетельница, нарекания к сим отрокам или иные препятствования союза?

— Признаю. Нареканий нет, – коротко ответила я. Удивительно, но здесь присутствие на свадьбе титулованного гостя знатно повышает ранг мероприятия. Для простолюдинов, конечно. Повыше-то куда не плюнь – в дворянина попадешь, иных не приглашают. В груди появилось щекочущее тепло, впереди вздрогнули Мира и Ясень. Клятвы рода приняли волю госпожи.

Так что всё правильно. Да и они друг к другу неравнодушны, я же видела. Особенно эта молодая невеста, которая наивно хлопает глазками и бросает донельзя смущенные взгляды на брачные браслеты. На жениха старается не глядеть, иначе гореть ей не от костра, а от стыда.