Книга Кофе готов, миледи, страница 70 – Александра Логинова

Невозмутимый нахал вытер руки салфеткой и снова взялся за пирог, наблюдая за моими попытками выдавить из себя не только невнятное бульканье, но и всё, что я о нем думаю. Через две минуты яростной пантомимы и короткой дыхательной гимнастики, во мне скопилось достаточно слов, чтобы объяснить мелкому психу, что я думаю о его поведении и что его ждет, если он продолжит выкидывать подобные фокусы, но выжидательный и пронзительный взгляд меня затормозил.

Со вздохом отставив кружку, нарушитель спокойствия встал и потянул меня к окну, показывая пальцем вниз. Всё еще обуреваемая возмущением и желанием надрать уши засранцу, я посмотрела на улицу. Так, лакеи продолжают украшать сад и мыть забор, садовник собирает опавшие листья, Мира поднимается по ступенькам… Мира?

— Третий раз за сегодня пытаются вломиться, – прокомментировал Ясень.

А до меня окончательно дошло. Я же запретила заходить всем, кроме Миры! И даже если предположить, что прислуга забыла о приказе… дворецкий и лакеи всегда стучатся, молоденькие горничные, вроде Калиски, начинают кричать еще из коридора, распахивая дверь, как к себе домой, за что частенько поучают нагоняй – не сильный, я же не зверь, а потому и не боятся так себя вести. Экономка вообще не заходит, предпочитая обращаться ко мне как можно реже. Кухонная прислуга, конюхи, садовник и прочие не имеют прямого доступа на второй этаж. Учителя, поверенные и другие люди со статусом выше обычных слуг всегда заранее уведомляют о своем приезде. Та-а-а-к…

Получается, под боком завелись шпионы, а я ни сном, ни духом? И много ли успели разнюхать, а главное – что? И кому это нужно?

Под эти невеселые мысли даже пирог жевался грустнее. Нет, я, конечно, знаю, что далеко не всем здесь нравится юная госпожа, особенно с новыми привычками «лезть не в свое дело» и «отираться рядом со слугами». Но вряд ли бы кто из любопытства полез на мою личную территорию, нарушив приказ.

Тревожные думы и подозрения одолевали меня на протяжении всего оставшегося дня, когда я утверждала, заказывала, переделывала, формировала списки, давала указания, разбирала мелкие ссоры, сама ругалась с поставщиками, проверяла накладные, обсуждала программу и жила нормальной жизнью управленца. Если не вспоминать, что завтра мой день рождения, то я бы сказала, что организовываю среднестатистический банкет для крайне состоятельной публики, когда почести достаются не тебе, но за любой косяк ответственность несешь сполна.

Вот и сейчас, приняв из рук Миры чашку горячего ромашкового чая, я продолжила перебирать в уме всех подозреваемых. Может, это экономка? Я же ей велела убирать листья за то, что он накричала на лакеев, а из окна было видно, что листья убирает наш садовник. Или кто-то из горничных, недовольных новым положением моей камеристки? Но кто тогда заказчик?

— Госпожа желает обещанное вино? – Мира топталась рядом, отчаянно пряча широкие зевки за рукавами платья. – Или подать ужин?

— Не нужно, детка, иди отдыхай, – я сочувствующе проводила взглядом торопливый поклон, который исполнила шатающаяся от усталости горничная, и почувствовала укол совести. Девчонка сегодня пахала не меньше меня, вкладываясь не только умом, но и физической силой. Поберегла, называется, девушку в положении! И ведь завтрашний день будет еще хуже для всех слуг.