Книга Кощеев не убивать!, страница 142 – Александра Логинова

— Гляди, как романтично, — я ухмыльнулась, показав рукой на одинокую кровать, стоящую посреди избы.

Продавленный матрас, стыдливо закрытый свежей соломой, лежал на стандартной металлической решетке-ячейке. Ржавые прутья вызывали ностальгию — такая кровать стояла в моей комнате, и бабушка лично выписывала ее по почте из мира людей, пока ложе не сменил новенький диван из плюша и древесно-стружечной плиты.

Две подушки, прикрытые одеялом, манили лечь и отчего-то вызывали легкий жар, приливший к щекам. Немного постояв, я огляделась вокруг. Совершенно голая изба, из которой вынесли все, кроме старой советской койки.

— Тебе не кажется, здесь чем-то пахнет?

— Твои духи, — Константин слегка смешался, изучая пустую обстановку. — Розы, вереск, гвоздика, немного церковного воска.

Я много читала о пространственных тайниках, порой скрытых за примитивными, на первый взгляд простенькими предметами. На много сотен метров вокруг больше нет мест, где несколько высших могут спрятаться. Амира здесь, я не ошиблась, надо только отыскать ключ к разгадке.

— Короткий сарафан, — неожиданно буркнул Константин, отдирая оконную раму.

Мой хорошенький сарафанчик до колен негодующе взметнул подолом. Тонкий цветочный запах струился по полу и казался до того приятным, что хотелось вдохнуть его полной грудью.

— Зануда.

Под кроватью ничего не оказалось, только чуть-чуть пыли и разорванная паутина. Присев на корточки, я принялась ощупывать пол в надежде отыскать подпол или вставную доску, закрывающую тайник. Кощей за спиной неудачно подавился воздухом, сердито закашлявшись.

— Прикройся, — слегка рассердился он.

Мужской взгляд скользил по стенам, полу, окну, потолку — куда угодно, лишь бы избежать меня. Любопытно, хм-хм.

— А что такое? Не нравится вид?

— Бесстыдница.

Необычный запах усилился, став резким и навязчивым. Мой нос настороженно принюхался, но не уловил источник опасности.

— Допустим, — я сочла забавным его старательное избегание. — И что с того?

Бархатный черный кафтан мягким ворсом ткнулся в ладонь. Прикоснувшись к чужому одеянию из чистого любопытства, я продолжила поглаживать мягонькую ткань, с упоением прислушиваясь к ласковым ощущениям.

— Ты что творишь? — ужаснулся царевич.

— Глажу одежду как хорошая хозяйка.

— Ты… — Константин запнулся, не в силах оторвать взгляд от моих пальцев, медленно танцующих по кромке его кафтана. — Прекрати.

— А не то что?

— А не то…

Пахучая солома под спиной легонько спружинила, проминаясь под тяжестью двух тел. Я с упоением вдохнула аромат чистоты и мускуса, которым пахла светло-серая рубашка. Вес здорового взрослого мужчины, придавившего меня к матрасу, практически не ощущался. Наоборот, именно такое положение является абсолютно правильным, истинно верным. Здесь и сейчас я стану самой счастливой ведьмой на свете.

— Слава, — его шепот сумасшествием прошелестел у уха. — Славушка…

Я обвила руками шею Константина, мечтая об одном — ласковом, чувственном поцелуе, чистом, как горный ручей. Чтобы в нем не было примитивной пошлости, людской охоты до быстрых удовольствий, только трепетная нежность. Именно с такой нежностью и безраздельной любовью на меня смотрели карие глаза, скрывающие легкий огонек желания.

— Да.

Как сладко! В голове взорвался огненный шар, стоило Косте накрыть мои губы в бережном, робком поцелуе. Царевич будто спрашивал разрешения, готовый быть отвергнутым в любой миг и покорно принять мою законную пощечину. Я с готовностью подалась навстречу, вжимаясь сарафаном в чужое тело, балансирующее на руках, чтобы не раздавить меня весом мышц.