Книга Яга против!, страница 85 – Александра Логинова

— Кто надоумил вас выращивать травку на этом болоте?

— Н-ни-к-то, — забулькала разложившаяся глотка. Язык ворочался с трудом и почти мертвая русалка закатила глаза, напрягая мышцы речевого аппарата.

— Лжешь, — констатировала я. — Не обижайся.

Помимо красного и желтого огня, существует высший — белый — огонь, стирающий не только остатки человеческого тела, но и суть, душу, если угодно. Увидев на моей ладони танцующий ослепительный лепесток, русалка задергалась и расцарапала себе ребра, торчащие обломками костей из груди.

— Последний шанс. Говори.

— Н-не над-д-доу-м-мили. Р-ра-з-з-ре-ш-ш-шили, — еле внятные звуки посыпались из преступницы, складываясь в любопытную картину.

— Кто разрешил?

— Он-ни. С-с-каз-з-зали, пос-с-сле дела мож-жно, ч-ч-чтобы вы-с-сшие не узнали.

— Не узнали о том, что вы тут барыжите на своем товаре, или о том деле?

— Не-п-поняла, — воспаленные зенки расширились и обалдевшая нечисть уставилась на меня во все глаза. — Не-з-знаю.

— Допустим. А что за дело?

— Н-нельз-з-зя. Н-нельз-зя, — заскребла она когтями руки Арсения, от чего он скривился, но виду не подал.

Ежу понятно, что русалки — прикрытие, лежащее на видном месте. Вероятно, мы должны были пристукнуть мокроногих и дело с концом, спалив береговую линию болота, после чего уйти довольные. Значит, жечь ничего нельзя, а вот осмотреться нужно.

— Выходит, нам нельзя пойти осматривать болото?

— Нель-з-зя, — согласно моргнула нежить, покосившись вправо.

— А куда больше нельзя: направо к лесу или направо вглубь болота?

— Вглубь с-с-совс-сем нельз-зя, — покивала она, заискивающе улыбаясь. Крест продолжал жечь русалку, дымившуюся уже отовсюду.

— Программы защиты свидетелей у нас нет, поэтому я дам тебе выбор: быстрое умерщвление или возможность сбежать так далеко, как только сможешь. Ни от кого защищать я тебя не планирую, так что исчезнув из моего поля зрения ты заботишься о себе сама.

Нечисть взвизгнула от восторга, показывая всем своим видом согласие сбежать и больше никогда не попадаться. Я велела другу прекращать пытку серебром и осмотрелась. Кривая топкая тропинка вилась по правому берегу, уходя в тяжелую сырость, пронзающую до костей. Идти туда, где может поджидать ловушка — глупо, но не идти глупо вдвойне.

— Мадемуазель, приятно было пообщаться, — крестик исчез с обугленной груди дурной нежити, и та, теряя на ходу ошметки мяса и сухожилий, рванула в воду.

— Давай сюда руки, — вздохнула я.

Мужские ладони были покрыты черными вспухшими царапинами, расползающимися, как псориаз, кое-где уже начал скапливаться гной. Черт! Промыв царапины все той же освященной водой, я дождалась, пока воспаление спадет и кожа змея приобретет нормальный цвет.

— Спасибо! — приобнял он меня здоровыми конечностями, оплетая, как самая настоящая змея. Хотя почему как?

— Пожалуйста, — тихонько рассмеялась я в ворот рубашки, пахнущей дорогой туалетной водой.

Минутка тишины и спокойствия показалась роскошью на фоне необходимости расцепить успокивающие объятия и топать разбираться с таинственным секретом накуренного болота.

— Я же говорила, что они заняты нежитью! А ты все: «Не пойми чем, не пойми чем»!

Пространство на секунду полыхнуло, и я приподнялась на носочки, силясь разглядеть из-за чужого плеча незваных гостей. Одетая в легкое платье богиня, брезгливо приподымала подол, между тем с интересом поглядывая на останки нечисти, разбросанные по топи.