Книга Все оттенки ночи. Страшные и мистические истории из переулков, страница 87 – Анна Сешт, Олег Крамер, Екатерина Каретникова, и др.

Лаура наконец вырвала руки из цепкой хватки и вскочила с постели. Теперь ужасный гнев переполнял ее.

Да как он смел говорить это сейчас?!

В ту ночь, когда супруги должны были предаваться любви и клясться друг другу в вечной преданности, он вещал ей о смерти…О собственной смерти, о тяжком бремени, о том, что не должно было касаться ее! Совсем не о том, на что она давала согласие, совсем не о том!

— И ты решил сказать все это после свадьбы, Элиас?! – кричала Лаура. – Ты что же, связал нас узами брака лишь для того, чтобы испортить мне жизнь, затянув в безумие своей семьи?! Почему же ты не сказал мне обо всем раньше?! Насколько же ты ненавидишь меня?!

— Я люблю тебя, – с горечью произнес Элиас. – Но, если бы я сказал тебе раньше…

Поднявшись с места, он обнял жену за талию и притянул к себе. Правую ее руку, ту, где сияло золотое кольцо, он бережно, точно хрупкую птичку, взял в свою ладонь. И горячо прошептал в ее пальцы:

— …Разве бы ты не ушла?

* * *

МАЙ

Супружеская жизнь с Элиасом залилась мрачным чернильным пятном, оставив лишь крошечные просветы. Именно в них проникала былая нежность, любовь и страсть, ныне казавшиеся тусклым откликом прошлого, оставшегося далеко позади.

Муж Лауры становился с каждым днем все безумнее.

— Я нашел новый выход! – то и дело твердил он, притаскивая в дом все более чудные артефакты. – Я должен попробовать…

Попытки Элиаса повернуть вспять то, во что его супруга верила отнюдь не до конца, были бесконечны и занимали все его время.

К ужасу Лауры, эмм Серафима верила в семейную легенду ничуть не меньше сына и подтвердила все его слова. И кроме того, пыталась убедить молодую невестку в том, что все происходящее держится в рамках традиций.

— Та смерть, которой ты боишься – отнюдь не смерть, – качая головой, говорила она. – Элиас всегда будет с нами, но лишь по ту сторону.

— Но он не согласен с этим… – пыталась спорить Лаура. – И называет это кровавым долгом. Разве же так говорят о чем-то, кроме смерти, мама?

— Это твоя судьба, – пространно отвечала Серафима. – И его тоже. Ничего не попишешь.

— Но вы его мать! – распалялась девушка. – Я бы никогда не поступила так с собственным сыном!

Эмм улыбалась, но больше не говорила ничего. Возможно, в словах злословицы Хельги лежало зерно истины?

Каждый день Лаура пыталась образумить мужа. В ее голове крепилась мысль о том, что виной помешательству Элиаса является внушение матери, но не более того…Ведь еще совсем недавно, в начале весны, она видела его другим! Она знала, каким он был на самом деле, и знала, что заставляет его сходить с ума.

Она могла положить конец всему этому. Нужно было лишь покончить с верой Элиаса в устаревшие, мрачные, чудовищные семейные байки.

— Мы должны уехать! – настаивала она. – И ничего не случится! Мы просто уедем, и все…Твоя мама просто внушила это тебе, Элиас, но ничего-ничего не случится! Она просто боится тебя потерять, вот и все!

— Бесполезно, любимая, – отвечал Элиас, улыбаясь и неустанно листая старые безликие книги. – И поздно уже. Совсем скоро время придет.

— Но так не может быть! – плакала Лаура. – Не должно быть! Мы только обручились, Элиас! У нас даже нет детей.

— Обязательно будут, – успокаивал он жену. – Если только ты согласишься мне помочь.