Книга Приют, страница 107 – Алиса Бодлер

— Практически равноценная замена… – слабо пробормотал Джереми.

— Что? – словно будучи неспособным очнуться ото сна, обратился к нему я.

— Он потерял тебя, – Оуэн недобро сверкнул глазами, поднимаясь с места. – Но обрел равноценного испытуемого. Поэтому он и был к ней так расположен. Ему ничего не нужно делать с вами, Боузи. Только отпоить риталином. Вы сразу вспомните все.

Когда мы покидали дом мисс Мертон, прихватив ключевые документы, Оуэн был полон решительности. Чего нельзя было сказать обо мне.

На улице начинало светать. Слабый утренний свет накрывал сельскую местность приятным невидимым одеялом уюта, преображая даже самые старые и разрушающиеся постройки. Прежде чем идти к машине, мы остановились во дворе, вновь невольно рассматривая несчастный пластиковый стол, по которому давно страдала мусорка.

Я не чувствовал ничего, кроме вселенской усталости. Все слезы были выплаканы. Страх за Тину, Иви и всех остальных вылился за пределы моего внутреннего сосуда с терпением. Оставалась лишь пустота. Но это смирение было лишь затишьем перед настоящим тайфуном.

— Я готов сразу идти в полицию, – высказался Джереми так, будто его намерения были чрезвычайно тверды и непоколебимы. – Доказательств полно. А если и этого будет недостаточно, мы приведем их сюда.

— И ни одного, прямо указывающего на доктора Константина, кроме записки Тины, – я пожал плечами. – А на остальных перечисленных у нас даже наводки нет. Мы никого из них вживую не наблюдали. Вот как ты докажешь всю эту связку тем, кто точно рассмеется даже с одного слова «реинкарнация»?

Оуэн скривил губы.

— И, пожалуйста, не надо говорить «я заплачу», – без лишних эмоций продолжал я. – Не все в этом мире должно крыться деньгами. Иначе мотивация у нас с ублюдками, что затеяли психологический эксперимент, очень сходна.

— Вот только не надо сравнивать, – прошипел дядя.

Я опустил глаза на груду обгоревших личных дел, которую теперь вызвался нести самостоятельно. С верхней папки на меня взирали три родных буквы: имя девушки, переживания за судьбу которой были возведены, с моей стороны, в абсолют. Я думал о ней так часто последние месяцы, что начинал наблюдать ее образ в незнакомых людях. Но именно такой конфуз и дал мне решимости на то, чтобы поддаться собственной интуиции.

Все же было и что-то позитивное в той ментальной нестабильности, что была подарена мне природой.

— Нам надо… – я задумался. – Надо как-то поймать его за руку. Или найти вещдоки. А еще лучше – понять, как он вообще попал в этот проект. Мы же теперь знаем, что психиатрическая клиника Святого Иоанна – это дружественная организацию к эксперименту? Значит, это – единственное место, где его могли, ну, завербовать. Прямо на его рабочем месте.

Еще какое-то время Оуэн помялся, явно порываясь снова предпринять попытку убедить меня в том, что нашим следующим пунктом должен был стать полицейский участок, но, как мне казалось, нервный день и бессонная ночь брали над ним верх. Конечно, его режим давно был сбит графиком работы клуба, но он был немолод и явно уставал быстрее меня.

— Ладно, – сдался он, взявшись двумя пальцами за свою переносицу. – Говори свой план, Шерлок.

— Вообще обычно я импровизирую и опираюсь исключительно на свое состояние аффекта, – с усмешкой признался я. – Но тут мы вдвоем, поэтому мне как-то стыдно пороть горячку. Давай еще раз посмотрим на все то, что нам известно.