Книга Воcхождение Светлого, страница 128 – Юлия Фим

Красная нить тянулась к Чживэй.

Сердце пропустило удар, и в голове возникли новые слова: «Найденный. Принятый».

Чживэй не отказалась от него, даже когда узнала о Драконе. И не просто не отказалась, рискуя многим; она выбрала ему помочь.

И что предлагал ему этот невидимый старец? Убить Дракона, чтобы умерла и Чживэй? Как они были связаны, неужели просто сделкой?

— Ссслабак, – презрительно выдохнул Дракон. – Ты убил бы меня.

Сюанцин опустился на землю и посмотрел Дракону в глаза.

— Ты ошибаешься, – покачал он головой. – Я не убью тебя.

И, почти с нежностью, он добавил:

— Ты – моя тьма, и я принимаю тебя.

Дракон впитал в себя все темное, что пережил Сюанцин: боль, страх, скорбь, злость.

— Глупый щщенок.

— Ты не получишь Сосуда, – произнес старческий голос, – если не лишишься чего-то дорогого тебе. А без него тебя ждет жалкая жизнь: опять один, опять никому не нужен – враг миру, который объявил на него охоту.

Однако Сюанцина было больше не запугать, он внезапно нашел собственную силу. Та была не в Драконе, не в Сосуде – а в его возможности распоряжаться собственной судьбой. До этого большинство выборов было совершено за него: его жизнь, его смерть, его спасение…

Теперь он был уверен, что Дракон больше не возьмет над ним верх. Теперь сила исходила из него, изнутри.

— Чтобы что-то обрести, нужно что-то потерять, – голос продолжал его соблазнять.

Сюанцин перелетел через Дракона и приземлился в паре шагов от Чживэй. Та стояла неподвижно, закрыв глаза, и выглядела очень умиротворенно. Он ласково подушечками пальцев провел по нити.

Еще недавно ему было безразлично все вокруг, он бы легко перерубил любые ци, лишь бы кануть в небытие. Но теперь он понимал, что не от всего можно отказаться. Он не хотел отказываться ни от дня рядом с Чживэй, поэтому он будет жить и будет, как и раньше, надежно защищать ее тыл.

Пусть она получит Сосуд, а он будет наблюдать за ее восхождением.

* * *

Лю Чживэй

Чживэй бежала по узким коридорам пещеры, дыхание сбилось и было неровным, руку она прижимала к зашитому боку. За ней гнался неизвестный преследователь, кто-то могущественный, кто-то, кому она не могла противостоять. Чживэй бежала, пока не оказалась у края бездонного колодца.

Она замерла, понимая, что прыгнуть вперед означало умереть.

Преследователь уже был здесь. Чживэй обернулась и удивленно подняла брови. Это была Лин Юн, которую Чживэй убила в Холмах Пустот. Почему это опять она? Почему она просто не оставит Чживэй в покое?

— Ненавижу тебя, – выплюнула та ей в лицо. – Это тебе за моих родителей, это тебе за меня.

Лин Юн внезапно достала нож и вонзила его в Чживэй.

— Ты умрешь от моей руки, – сказала она и исчезла.

Чживэй опустила взгляд на рану, новое кровавое пятно стремительно разливалась по наряду, что подарил ей Шэнь. Захрипев, она упала на колени.

— Жизнь за жизнь, – заговорил старец. – Выбирай… Шэнь или Сюанцин. Ты можешь забрать чью-то жизнь и будешь жить сама, станешь самой могущественной императрицей Империи Лю. Империя Чжао сгниет в веках. Ты будешь править насаждая собственное понятия добра. Но для начала тебе придется убить одного из них.

Как и в прошлый раз, двое мужчин стояли у обрыва. Одно отличие все же было – у Сюанцина во лбу горела красная метка, словно он бессмертный.