Книга Покорение Дракона, страница 85 – Юлия Фим

— У тебя большие мечты, – хмыкнула Чживэй. Она совершала «добро», спасая темных, однако делала это не из благородных чувств, а ради мести.

— Нет, – возразил Сюанцин, останавливаясь. – У меня только одна цель: уберечь человека, который когда-то верил в добро. И на этом пути меня ничто не остановит.

Взгляд его опасно и решительно блеснул, непривычная безжалостность прозвучала в его тоне. Чживэй невольно подумала, что переходить ему дорогу опасно: он умный соперник, и ей следует быть еще умнее.

— Я тоже так полагала когда-то, – ответила Чживэй. – Пока человек, которому я доверяла, не вонзил мне нож в спину. Будешь ли ты готов спасать такого человека?

— Этого буду, неважно, сколько ножей окажется в моей спине.

Чживэй резко замолчала, ей разонравился разговор. Она полагала, что была ближе всех Сюанцину, но кто-то вызывал у него подобные чувства? Возможно, что он даже убил ее ради этого человека?

Вот она – злость, которая ей была так нужна. Этого она ему не простит. Едва они вернутся, она узнает все подробности своей гибели.

Некоторое время они шли молча в нескончаемом тумане.

— О чем задумалась?

— О том, куда же мы идем и почему все замолкло, – ответила Чживэй.

— Мы в ловушке, – спокойно ответил Сюанцин. – Тени, что шли за нами всю дорогу, окружили нас.

— Что?! – Чживэй ошеломленно посмотрела на него. – И ты только сейчас говоришь?

— У нас был важный разговор, – улыбнулся он. – Не хотелось его прерывать.

— Прекрасно! Готов умереть за него? – язвительно отозвалась Чживэй.

— Едва ли мне это светит, – усмехнулся он ей в ответ. Чживэй аж замерла, не привыкшая к такому шутливому Сюанцину. – И мне тоже любопытно, что за преступление здесь было совершено, что кусочек Небесного мира оказался на земле.

— Мы не проводим хорошо время. – Она серьезно посмотрела на него, не понимая причин его радостного настроения. Застрял с неизвестной девушкой в ловушке и философствует? – Лучше расскажи мне, какое преступление могло бы быть настолько немыслимо жестоким.

— Убийство сотни младенцев?

— Значит, бессмертные младенцы ценятся выше человеческих, – хмыкнула Чживэй. Как минимум, убиенные темные младенцы точно никого не беспокоили.

Тени в тумане становились все отчетливее. Тишина вдруг нарушилась только приглушенными звуками, будто рядом скребли по камню или цеплялись за ветки.

Из тумана тянулись когтистые лапы, длинные и жуткие, они появлялись на мгновение, словно стремясь ухватить неосторожных путников. Их движения были быстрыми и хаотичными, будто они отчаянно искали живую плоть. Каждый раз, когда когти почти касались земли, они снова растворялись в тумане.

— Убийца, убийца, убийца, – произнесли голоса со всех сторон.

— Похоже, они не очень тебе рады, – хмыкнула Чживэй.

Когтистая лапа потянулась к Чживэй, и остальные тени тоже нацелились на нее.

— Похоже, это тебе они не очень рады, – отозвался тут же Сюанцин.

— О? Ты язвишь?

— Дразню? – Он так внезапно улыбнулся, что Чживэй застыла: казалось, солнце взошло среди тумана.

— Гм, – неоднозначно ответила Чживэй. – Может, они хотят нас провести по тому мосту?

Тропинка без тумана заканчивалась мостом над еще одной пропастью. Куда тот вел, было не видно.

Чживэй повернулась к Сюанцину, чтобы узнать его мнение, но выражение его глаз изменилось: он в ужасе смотрел на тени.