Книга Девушка из стекла, страница 13 – Юлия Кот

— Вероника, ты там не потерялась? – спросил Гарри.

Я сглотнула, безуспешно пытаясь промочить сухое, словно наждачная бумага, горло, и еле слышно сказала:

— Иду.

— Вероника? Ты там? – снова позвал парень.

— Я иду. – Голос прозвучал хрипло и неуверенно, и я решила больше ничего не говорить, даже если Гарри и в этот раз ничего не услышал.

К счастью, эхо донесло мое тихое карканье, а я думаю, прозвучала реплика именно так, и Гарри ответил:

— Тогда встретимся в столовой, пойду погляжу, что там осталось.

Я остановилась посередине лестничного пролета и прикрыла глаза, стараясь выровнять дыхание. Это был первый раз, когда я разговаривала с Гарри Томпсоном, если не считать драку в песочнице, когда нам было по пять лет. В школе он, как и большинство сверстников, делал вид, что меня не существует, будто я призрак, который витает в воздухе, и все сквозь него проходят. Иногда я замечала его сочувствующий взгляд, когда меня задирали девочки из компании Бриджит, но обычно он длился не более нескольких секунд, и, возможно, мне просто казалось, что Гарри смотрит.

В конце прошлого учебного года, в один из необычайно теплых дней, тех, когда солнце полностью прогревает воздух и освещает верхушки уже ярко-зеленых деревьев, Гарри, бегая по лужайке школьного двора, сшиб меня с ног. Он не смотрел на меня, ведь для него я не существовала, но столкновение явно почувствовал, удивившись, что воздух может иметь такую силу сопротивления. Он помотал головой и прищурился, приложив ладонь к глазам козырьком. Было заметно, что Гарри силится меня разглядеть сквозь закатные ослепляющие лучи, освещающие маленькие веснушки, появившиеся на его светлой коже. В таком свете обычно темные глаза Гарри приобрели орехово-медовый оттенок и оттого нравились мне еще больше.

— Все нормально? – спросил он больше пустоту, чем обращаясь конкретно ко мне.

Гарри до сих пор не мог понять, кто распластался у его ног.

Я кивнула, и он, обезоруживающе улыбнувшись, поднял бейсбольный мяч, выпавший из его рук, помахал друзьям, ожидавшим на другом конце лужайки, и побежал. Не думаю, что он вообще понял, что той бесформенной кучей, растянувшейся на школьном дворе и просидевшей на траве с полчаса после столкновения с самим Гарри Томпсоном, была я.

Именно поэтому сегодня я несказанно удивилась тому, что Гарри вообще знал и помнил, как меня зовут. Компания его была довольно обширной, да и все в школе здоровались с Гарри, когда он проходил по коридору. Парни протягивали ему кулачки и пятерни в приветствии или для выражения признательности за выигранный бейсбольный матч, а девчонки томно вздыхали, хлопали ресницами и аккуратно наматывали локоны на пальцы, проговаривая: «Привет, Гарри». Но он никогда не запоминал имен. Я часто видела замешательство на его лице, морщинку между бровями и нахмуренный лоб, когда он просил списать, но никак не мог вспомнить, как зовут того парня, что сидит слева от него. Гарри, конечно, был красавчиком, но не отличался умом и сообразительностью, да и вряд ли запоминал имена всех девчонок, которые кружили вокруг него, словно пчелы у улья. Королевой пчел, конечно же, была Бриджит.

Интересно, как она отреагирует, когда, спустившись на перемене в столовую, чтобы вместо нормального ланча похрустеть морковными палочками или яблочными дольками, увидит меня, сидящую рядом с ее парнем, а по совместительству самым популярным парнем в школе. Я представила перекошенное лицо Бриджит, глаза, мечущие огни, и это добавило мне уверенности, чтобы продолжить спуск следом за Гарри.