Книга Двуликая жена. Доказательство любви, страница 50 – Мария Шарикова

В этом поцелуе не было прежней отчаянной страсти. В нём было обещание. Обещание того, что мы справимся. Что бы ни случилось дальше, мы будем вместе.

И когда мы оторвались друг от друга, тяжело дыша, я знала, что это только начало. Начало самой настоящей любви!

Утро после отъезда леди Харкорт встретило нас серым, задумчивым небом и мелким, моросящим дождем, который барабанил по стеклам окон, создавая в доме атмосферу уюта и уединения. Я проснулась позже обычного, и первое, что я ощутила, была легкая, почти забытая боль в мышцах - следствие вчерашнего напряжения, когда каждый жест, каждое слово приходилось выверять, чтобы произвести нужное впечатление на нашу влиятельную гостью.

Элси, помогавшая мне одеваться, была немногословна, но я заметила, как она украдкой улыбается, глядя на меня. Должно быть, новости о том, что граф с графиней провели вечер в библиотеке наедине, уже облетели всю прислугу. В другое время я бы смутилась, но сейчас мне было все равно. Пусть знают. Пусть видят. Это только укрепит нашу позицию.

Я спустилась в малую столовую, ожидая застать там Лусиана за утренним кофе, но стол был пуст. Только на моем месте лежала записка, начертанная его четким, изящным почерком:

«Уехал в Лондон по срочному делу. Вернусь к вечеру. Не беспокойся. Л.»

Я перечитала записку дважды, и странное, непривычное чувство шевельнулось в груди. Беспокойство? Нет, скорее что-то похожее на легкую обиду. Он уехал, не предупредив меня накануне, не попрощавшись. Но тут же я одернула себя. Он мой муж, а не собственность. У него могут быть дела, о которых он не считает нужным докладывать. Особенно учитывая, как недавно мы научились доверять друг другу.

Я позавтракала в одиночестве, бесцельно перелистывая страницы книги, которую взяла с собой. Мысли мои были далеко. Леди Харкорт уехала, пообещав дать ответ в ближайшие дни, но в её глазах, прощаясь, я прочла нечто большее, чем просто вежливый интерес. Она поверила нам. Теперь оставалось ждать, как это поверие обернется в реальную поддержку.

День тянулся бесконечно долго. Я пыталась занять себя делами - обошла сад с садовником, обсудила с Гроувом меню на предстоящую неделю, даже заглянула в библиотеку, чтобы продолжить свои изыскания в медицинских трактатах. Но ничто не могло отвлечь меня от мысли о Лусиане. Где он? Что за срочное дело могло потребовать его личного присутствия в Лондоне? И почему он не взял меня с собой?

К вечеру дождь усилился, и я сидела в гостиной у камина, глядя на пляшущие языки пламени и прислушиваясь к каждому звуку за окном. Когда на подъездной аллее наконец послышался стук копыт и шуршание колес по гравию, я едва удержалась от того, чтобы не броситься к дверям.

Я заставила себя остаться на месте, сохраняя видимость спокойствия, но когда Лусиан вошел в гостиную - промокший, усталый, с каплями дождя в волосах и на плечах пальто, - я вскочила и подошла к нему прежде, чем успела подумать.

-Ты промок до нитки,-сказала я, принимая у него мокрое пальто и протягивая руки к его лицу, чтобы стереть влагу с щек.-Сядь к огню, я велю принести горячего чаю.

Он поймал мои руки и задержал их в своих. Его пальцы были холодными, но взгляд - теплым.

-Подожди,-сказал он тихо.-Дай мне просто постоять здесь минуту. С тобой.