Книга Строптивая и демон, страница 17 – Диана Маш

наброситься на этого гада и хорошенько надавать ему по морде. Приложив максимум усилий, я все же сдержалась, чтобы вот так сразу не демонстрировать Альберту свои далеко не лучшие качества.

Как этому демонюке только наглости хватило припереться сюда, сорвать мне свидание и обвинить в том, что… Ох!

До меня только дошло, что он в курсе того, где я и кем работаю, но откуда? Кроме Рады об этом никто из близких не

знает. Неужели видел?

Пока я усиленно работала мозгами, Ник придвинул к нашему столику стул с соседнего и уселся, как ни в чем не

бывало. Альберт, нахмурившись наблюдал за представлением, не понимая, что, собственно, происходит, но как

человек интеллигентный, на конфликт нарываться не стал, чем заработал от меня еще один плюсик. А вот в графе

Славина значились сплошные минусы, и их даже вставлять уже было некуда.

— Надеюсь, вы не против, что я к вам вот так, с бухты-барахты, присоединился? – оскалившись в подобии улыбки, спросил Ник, – вижу знакомое лицо, дай, думаю, подойду, поздороваюсь… давно мы с Танюшей не виделись, да

детка?

— Очень давно, – буркнула я себе под нос, надеясь, что никто не услышал. А вслух произнесла, – к сожалению, ты не

вовремя, мы с Альбертом обсуждаем личные дела и посторонних они не касаются.

Для пущего эффекта еще и ногу ему под столом босоножкой придавила, авось быстрее дойдет, что гость он тут

незваный. Но куда уж этому балбесу, только еще шире улыбаться начал.

— Личные дела, значит, – хмыкнул он, переведя взгляд на Альберта, – это какие? Он тебе о любовнице своей

рассказывал, что ли, от которой к тебе сюда приехал?

Я застыла на месте широко разинув рот.

— Да что вы себе позволяете? – закричал Альберт вскакивая из-за стола, – да как вы смеете?

— Еще как смею, Герн Альберт Робертович, – теперь улыбка Николая напоминала скорее акулий оскал, – это я еще не

добавил, что она одна из немногих, что друг о друге понятия не имеют, ты же знатный любитель и ножки дамам

размять и в постель их потом затащить. Мне бы было, конечно, плевать с высокой колокольни, но ты решил наложить

лапы на то, что принадлежит мне, а я подобного не прощаю, поэтому если не хочешь проблем, ноги в руки и вали

отсюда. И молись, чтобы я больше не видел тебя в обществе этой крошки, иначе одним предупреждением не

отделаешься.

Все произошло так быстро и неожиданно для меня, да еще и информация эта новая, что я даже ответить ничего не

успела, наблюдая быстро удаляющуюся спину моей несостоявшейся судьбы.

— И что, ты счастлив? – злобно поинтересовалась я у Славина, стоило нам остаться наедине.

— Безмерно, – усмехнулся он, развалившись на стуле, – спас тебя от этого подобия мужика. Навешает вам, девушкам, лапши на уши о зоже, веганстве и других извращениях, а вы и рады в рот ему заглядывать.

— Ничего не скажешь, твои информаторы не зря получают свою зарплату.

— Да, я щедрый работодатель…

— Но это ни капли не меняет. Я вчера ясно дала понять, что видеть тебя не желаю. Ничего не изменилось, Славин! –

пришлось даже повысить голос, чтобы звучало внушительно, но этим лишь привлекла внимание людей с соседних

столиков, которые начали оглядываться на нас.

— А я вчера ясно дал тебе понять, что не отстану от тебя, по крайней мере до тех пор, пока не пойму, что добиваться