Книга Случайная свадьба. Одна зима до любви, страница 105 – Елена Княжина

Мысли путались, кожа горела. Живот болезненно пульсировал, внутренности жгло кипятком. И мне было мало.

— Еще…

Это я умоляла? Постанывала, кусала подушку, хваталась за все, до чего дотягивалась?

Безумие…

Нельзя так со мной. Нельзя.

Я едва понимала, что мы творим. Обрывки реальности тут же сменялись темным туманом. Зрение уплывало. Оставались размазанные картинки ощущений, вкусы, запахи, звуки…

Помню, как падала сверху на его губы. Сама. Почему Влад оказался внизу, подо мной?

И как сзади смыкались ладони. Грели, гладили, куда-то подбрасывали. Сумасшествие.

Пальцы Влада тоже почернели, как угли, вены на шее налились тьмой… Но его крутило не болью — желанием.

— Молю…

Как самый черный бог, Влад исполнял все мои мольбы. И требовал ответную плату. Целовал, кусал, ловил губами. Измываясь нежно, но неотвратимо.

Я горела в этом пожаре. Тлела и вспыхивала, вспыхивала и тлела… Пока не взорвалась тысячей новых искр.

Безумие.

Какое-то время спустя в комнате посветлело. Тому не усилившийся снег был виной и не яркая масляная луна, без спроса заглядывающая в окна. Туман рассеялся, тьма угомонилась! Мрак перестал подсылать в голову хмельной дурман. Я заметила, что и у Влада в глазах прояснилось. Однако, увлеченный процессом, выпустил он меня далеко не сразу.

Странная, дикая ночь во всех отношениях. Сколько минут мы так провели, не разлепляясь телами? Сколько тьмы пропустили через себя, впитали порами, исторгли с выдохами?

С усталым кряхтением Влад сполз с кровати и открыл окно, впуская морозный воздух. Снаружи все еще слышалась музыка, залпы фейерверков и хохот.

Точно, бал.

В комнате стало прохладно, тело от пят до макушки покрылось колючими мурашками. Зато запах сладко-горькой тьмы мигом выветрился.

— Вам разве не нужно вернуться на бал? — просипела я, пока не обнаружив в себе нормальный голос.

— Я не планировал туда возвращаться. Лежите смирно.

— Мне лучше уйти, — я приподнялась на локте и тут же уронила голову обратно в подушку. — Давно пора.

Найти бы еще силы на передвижение. После финальной «тысячи искр» я так и не склеилась обратно.

— Лара, мы… явно перевыполнили план. И сильно истощили возможности вашего хрупкого, неопытного тела, — пробормотал Влад, возвращаясь в постель. Накрыл меня одеялом и сам забрался в тепло. — Поэтому лежите и отдыхайте. Не шевелитесь. Драная тьма!

— Простите, я не удержала ее.

— А я охотно впитал. Насытился, словно голодный. Будто своей дряни мне мало! Вы не виноваты, это все морок, — удрученно сопел он. — Тшшш. Лежите и не двигайтесь. Надо убедиться, что я не сильно вам навредил.

— Не навредили. Я бы… почувствовала.

Я старательно боролась со сном, но явно проигрывала. Все было против моего побега. Веки тяжелели, Влад мерно гладил по волосам, то ли баюкая, то ли успокаивая. Хотя мне было вовсе не так больно, как ему виделось.

Тьма перестала терзать… Выяснилось, что за последние недели тело успело привыкнуть к ее бесконечной, изматывающей пытке. Поэтому теперь, когда мрак отступил, иная боль казалась мелкой и несерьезной. Вроде как коленку ушибить или ладонь порезать.

— Вас ждет генерал, вы не окончили важную беседу…

— Плевать на Габа. И на рогатых. На всех плевать, — жаркая пятерня проехалась по позвоночнику до поясницы и поползла ниже. — Все, что меня сейчас волнует, это ваше здоровье.