Книга Любимая двойная попаданка, страница 72 – Дора Коуст

Так вот, гоблинов существовало два вида. Одни жили, как и орки, кланами, сбивались в пары на время брачных игрищ и период воспитания отпрысков, развивали домашнее хозяйство и, в принципе, никому не вредили. Некоторые даже переезжали в города и жили бок о бок с людьми, органично вписываясь в общество.

Но были и другие. Именно они и напали на нас, а точнее, на орочий патруль. Те жили даже не кланами — кучами в пещерах — и обычно устраивали неорганизованные набеги. У них не было предводителя, их вели животные инстинкты и голод, который они утоляли, мародерствуя.

Однако некоторое время назад все изменилось. Нападения словно стали продуманнее. Просчитать точки выхода для следующего столкновения не получалось, потому что гоблины все время появлялись будто из воздуха.

Больше всего от этих набегов страдали орки, но на сегодняшний день стаи начали появляться и в приграничных городах, действуя как саранча.

— А еще их кожа содержит частицы минерала, который блокирует устойчивые магические плетения. Чем больше гоблинов соберется в одном месте, тем больше радиус поражения, — добавил Эльнюс, проходя мимо нас. — Нам повезло, что они не вывалились из портала все разом.

— Ты должен научить меня драться, — обратилась я к Арсарвану, демонстрируя непоколебимость во взгляде. — Ты ведь не сможешь держать меня в своем поместье всю мою жизнь.

— Иногда эта мысль становится крайне навязчивой, — признался граф откровенно, почти касаясь губами моего уха.

Возразить я не успела. Вместе с тремя отправившимися к вождю орками на берег вышел целый серокожий отряд.

До поселения нас провожали под ненавязчивой охраной. Суровые морды воинов ясно давали понять, что мы здесь гости нежеланные, но оружие у нас не забрали.

Дорога пролегала по узкой тропе между облетевшими кустами и серыми скалами. Ветер свистел в расщелинах, приносил запахи дыма и топленого жира. Чем ближе мы подходили, тем явственнее слышался ритм барабанов. Низкий, гулкий, он будто пробирался под кожу и заставлял сердце подстраиваться под чужой такт.

Когда скалы разошлись, нашим взглядам открылось поселение. Дома орков были больше похожи на крепости, чем на жилища. Деревянные балки, врубленные в стены, были украшены звериными черепами, а крыши сделаны из смеси грязи и сухой травы. Издалека они напоминали каменные кубы.

Посреди поселения возвышался огромный костер. Вокруг него уже кипела жизнь: клыкастые женщины в мехах разделывали туши, подростки таскали воду в кожаных мешках, старики сидели на скамьях и точили оружие.

Все они бросали на нас внимательные, откровенно недовольные взгляды.

— Мы им определенно не нравимся, — пробормотала я, стараясь идти ближе к Арсарвану.

— Просто мы для них чужаки, — сухо отозвался он, не выпуская мою руку из своей.

По улицам, если их можно было так назвать, бродили массивные псы с серой шерстью и желтыми глазами. При виде нас они тихо рычали, но к хозяевам прижимались, будто к родным. Маленькие орчата играли прямо рядом с ними, забирались на спины животных, как на живых пони.

Но поразило меня другое. Те же маленькие орчата без проблем открывали рядом с собой порталы. Один клыкастенький сунул в серебристый круг руку и вытащил из него яблоко. Второй сотворил окно побольше и вышел на другой стороне площади, чтобы спрятаться за маминой меховой накидкой и разглядывать чужаков уже оттуда.