Книга (Не) Любимая драконом. Во власти обмана, страница 38 – Любава Ливада, Вернэлия Хайд

Заснула я под утро, а с первыми лучами проснулся Александр. Я покормила его и, оставив с Михаэлем, отправилась на ритуал. В записях Мавры он был четко расписан. Мы с Аминой стояли в холщовых рубахах, на полу нарисовали нужные символы, произнесли нужные слова. Не сразу, но через некоторое время я стала ощущать, как сила вытекает из меня. Она имела форму и свет — это был световой шар. На мгновение руки девушки загорелись, в ее волосах появилась белая прядь, а сама таверна немного изменилась: изменились формы окон и столов, но совсем немного. Я ощутила пустоту и перестала слышать животных и ветер. Последнее, что я услышала, еще будучи хранительницей — пожелания счастья и слова благодарности, которые грели душу.

Торговец Рофан, супруг Амины, прижал ее к себе и начал отпаивать травяным отваром. Она сделала несколько глотков. Я присела к ней, дотронулась до плеча. Она подняла голову, взглянула мне в лицо. Она изменилась. Радужки глаз приобрели насыщенный зеленый цвет, на лице больше не было шрама, волосы отросли до бедра:

— Как ты? — поинтересовалась я.

— Все хорошо, — улыбнулась девушка, — давай сюда.

Она привстала и потянулась к младенцу, которого совершенно бесшумно принес Михаэль.

— Я сам, любимая, — сказал эльф, забирая Александра у дракона.

— Я за священником. Как ты? — поинтересовался мужчина, заправляя локон за ухо.

— Все хорошо. Немного непривычно и как-то пусто, — пояснила я.

— Это ненадолго, — усмехнулся дракон, рисуя портал и входя в него. Я посмотрела по сторонам, удерживая взгляды на своих друзьях-зверушках. Они были безмолвны, и это было так непривычно. Потом перевела взгляд на Рофана, держащего в руках моего сына, и на Амину, которая кружила над ладонью несколько листиков. Малыш смеялся, а я улыбалась. Разве это не счастье?

Михаэль вернулся с тем же священником, а еще с золотым венцом и чашей. Протянул мне руку, приглашая на обряд. Растерянный священник достал из кармана крошечный потертый фолиант, открыв на странице с закладкой, начал читать на незнакомом языке.

Он читал и бросал в чашу какие-то предметы: золотые монеты, кусок угля, полил водой, а дальше достал из кармана нож и сделал небольшие надрезы на наших указательных пальцах, надавливая на палец, заставляя нашу кровь смешаться.

Священник поднял чашу, перемешал содержимое и протянул ее мне, велев пить. Я взглянула на Михаэля, тот кивнул, и я сделала один глоток вязкой жидкости со вкусом металла и трав. Следующий глоток сделал Михаэль.

Священник опустил чашу на пол, прочитал еще что-то с книги, дальше перевязал лентой наши руки, по которым все также стекала кровь.

— Обменяйтесь священным дыханием, дети мои, — велел священник. Дракон притянул меня к себе в страстном поцелуе, не похожем ни на один из тех, которых мне удалось ощутить ни с этим мужчиной, ни с другим.

Я ощущала, как жар проникает в меня, бьет в голову, заставляет сердце биться чаще.

— Обряд пройден! — воскликнул священник. Михаэль прижался губами к моему лбу, освобождая ладони от ленты, которая успела прилипнуть к ладоням из-за слипшейся крови.

Амина вскочила и залечила крошечные порезы, а я крепко обняла девушку. Нам нужно было уходить. Я прошептала ей на ухо:

— Ты прекрасная девушка! Мы обязательно встретимся!

Ее глаза увлажнились, слезы медленно скатились по щеке, и я еще раз прижалась к девушке. После подошла к Ролану, забрала у него сына, благодаря и наставляя беречь Амину и этот лес. Я последний раз потрепала своих зверушек-друзей по макушке и шагнула в портал, оказавшись в замке своего мужа.