Книга Рыжий-бесстыжий, страница 89 – Наталья Буланова

Мне нравилась моя работа, и делала я ее с удовольствием. Даже сейчас, в полутьме, руки летали на автомате, чтобы завершить идеальный образ.

Для того чтобы создать правдивую картинку брызг, я долго изучала криминалистическую литературу о том, какие ранения какие кровавые следы оставляют. Следователям это помогает раскрывать детали преступления, понимать, какое оружие использовал преступник, а мне наоборот — создавать достоверный образ.

Я замерла. Теперь осталось главное — задержать дыхание или дышать почти незаметно. Даже если я скажусь раненой — пойдет. Вряд ли меня станут перемещать. По крайней мере, я собью их с толку и выиграю время. Надеюсь, Арс успеет приехать.

Дверь в фургон тихо скрипнула. Я полностью сосредоточилась на дыхании, запретив себе думать о том, в какую заварушку попала.

Оборотни двигались почти бесшумно. Замерли на пороге, в воздухе повисла озадаченность.

— Эй, смотри, — шепнул один второму.

— Тухлая берлога единорога! Кто это ее?

— Видел голожопого? Наверное, он.

Фургон захватила задумчивая тишина, во время которой я как могла мысленно пинала их из фургона.

— Оно нам не надо, — сказал один.

— Согласен. Пойдем? Типа мы не при делах?

— Давай!

Я выдохнула про себя от облегчения.

Шорох у двери обнадежил. У меня получилось!

— Подожди. Кровью не пахнет, — подозрительно прошептал первый.

— Точно.

Напряженная тишина сдавила горло. Я совсем забыла про запахи. При съемках этому совершенно не уделяется внимание, так как камера не передает ароматов. А вот с оборотнями совсем другое дело.

Пусть мое дыхание не собьется. Пожалуйста. Пусть.

— Слушай. Может, тут химия запахи перебивает? — спросил второй.

— Кровь ничем не перебить. Зверь всегда ее чувствует, — возразил первый.

— Иди посмотри поближе.

— Сам иди.

Я услышала тихую поступь. Похоже, вот-вот меня разоблачат.

— Слушай, а с ней что-то не так.

— Что там?

— Я думал, с медвежьего сослепу кажется, но нет. У нее шерсть на лице.

— Да ладно⁈

— Сам смотри.

— Охренеть! Это заразно?

— Дебил, ты и так с шерстью.

Я кожей почувствовала, как надо мной склонились оборотни.

— Дышит, — заключил первый.

— И сердце стучит, — подтвердил второй.

— Дебил, конечно, если дышит, и аппарат работает!

— Сам ты долбоящер. Что нам делать, лучше бы придумал.

Надо мной снова задумчиво замолчали. Я была рада, что за мной послали не самых мозговитых двуликих. Они еще сомневались, и это при моих очевидных ошибках.

— Смотри, порез под футболкой.

— Настоящий.

— А ты сомневался?

— Так не пахнет же.

— Тут везде клеем воняет. Может, нос подводит.

И снова наступила задумчивая тишина.

— Потащили? — спросил первый.

— Давай, — со вздохом согласился второй.

Я распахнула глаза и раскрыла рот, зашипела грозной кошкой.

— Б***!

— Мать моя женщина!

Оборотни отскочили в другой конец фургона.

Я вспомнила недавнюю игру нового злодея. Он талантливо играл пофигизм ко всему, особенно живому и ему противоречащему. Мне не пришло в голову ничего лучше, как взять его поведение за основу.

Я рывком встала и пошла мимо оборотней к двери. Узкий проход фургона позволил даже задеть их грудные клетки плечом.

Я вышла на улицу, двинулась по съемочной площадке, чувствуя озадаченность сверхов.

Я не врала себе — долго это не продлится. Надо придумать что-то еще.