Книга Как достать Кощея, страница 108 – Ольга Пашнина, Анна Одувалова

— Только попробуй зло какое-нибудь в нашем лесу сотворить! – предупредила я.

Легко любить кого-то хорошего и доброго – я сама так бабушке сказала. Вот и пусть меня Кощею любить будет просто. Пока останусь доброй, а там посмотрим, как личная жизнь сложится.

— Не подведу, хозяюшка! – благодарно склонил голову змей. – У вас, смотрю, празднество намечается. Я ведь блины умею делать – пальчики оближешь! Позволь отблагодарить за доброту, угостить твой пир блинами. Да с икоркой, со сметанкой, с лисичками!

— Без лисичек, пожалуйста, – возразил Кощей. – Лисами я сыт по горло. От икорки не откажусь. Но сначала – свадьба! Выдайте уже Чудище за меня, пока она в очередное приключение не сбежала!

Оставив Чудо-юдо печально догорать, дружной гурьбой мы пошли к поляне, где Лебедяна стол накрыла, а мавки вовсю разливали медовуху. А вскоре и блины подоспели.

Так и зародилась в сказочном лесу традиция с приходом весны блинами объедаться. Не таким уж и волшебным он был, этот лес, порой его обитатели вели себя как самые обычные люди.

Вот и жили мы, поживали, добро наживали, волшебство хранили и друг над другом подшучивали, в любви да согласии. Тут и сказке конец, а кто читал – молодец.

«…В курятнике пахло пылью, перьями и тихим отчаянием.

Аленка, сжимая рукоять топора, смотрела на братца с выражением, которое козлику явно не нравилось. Иванушка, бедолага, не понимал: то ли его сейчас на котлеты рубить будут, то ли еще чего похуже придумают. А самое главное, он понятия не имел, чем перед сестрицей опять провинился!

Василиса, подобрав подол сарафана, Иванушку за ошейник держала, чтоб не сбежал. Кощей Бессмертный, облаченный в свой любимый камзол, стоял поодаль с видом человека, которого оторвали от исключительно важного занятия. В его случае – от созерцания собственного величия на книжной полке, куда не далее как вчера он водрузил «Хроники Кощея. Мир на краю» – первый том мемуаров.

— Ну что, готовы? – спросил он, разминая длинные бледные пальцы. – Три года и три дня давно истекли. Пора вернуть нашему дорогому Иванушке человеческий облик. Хотя я рассчитывал, что он обернется в нужный час сам. Но даже великие маги порой ошибаются.

— А этот великий маг, он с нами в одном курятнике? – поинтересовалась Василиса, уставшая уже держать сопротивляющегося козлика.

Морковка, принесенная нами в качестве взятки за хорошее поведение, давно закончилась. Теперь козлиные глаза с горизонтальными зрачками были полны ужаса. Жизненный опыт Ивану подсказывал: ничего хорошего эти трое с ним делать не собирались. Он эту компанию давно изучил.

Кощей подошел ближе.

— Ладно, держите его. Быстрее превратим – быстрее домой отправимся. Кстати, Аленка, ты не забывай, что Иван три года козлом был. Дня два ни ходить, ни говорить не сможет. Только мычать да слюни пускать будет, пока не отойдет.

— Ничего, – отмахнулась Аленка. – Енисея вчера в таком же состоянии братья принесли. Давно, говорит, не виделись. Соскучились.

Кощей воздел руки. Воздух в курятнике загустел, заколебался, засверкал искрами темной тягучей магии. Пахнуло озоном, сухими травами и воском. Василиса зажмурилась, Аленка застыла, не дыша. Иванушка издал протяжное, но уже какое-то обреченное «Ме-е-е-е…».

— Развеиваю чары силою моего слова! – провозгласил Кощей, и черная молния с тихим шипением ударила Иванушке прямо в козлиную макушку.