Книга Как достать Кощея, страница 46 – Ольга Пашнина, Анна Одувалова

Так и сбылась моя мечта. Вот только вместо казначейства магии я попала в сказочный лес. И уже не уверена, что готова с ним проститься.

Я привыкла, что мавки поют в лунные ночи, русалки катаются на гребнях волн, устроенных водяным, а говорящий кот выпрашивает пирожки и книги. Сказочный лес был последним оплотом, живой памятью о тех временах, когда для чуда не нужно было углубляться в самую чащу – оно было повсюду, как воздух.

Может, от этих горестных мыслей, а может, и правда по зову судьбы я остановилась как вкопанная, увидев в самом конце ряда, в стороне от основной толчеи, коня. Да не простого, а такого, что дух захватило.

Он был не масти, а скорее сказки, воплощенной в плоти и крови. Шерсть его переливалась, как сивое утро, покрытое инеем, и тут же отливала бурым, как свежевспаханная земля. Грива и хвост были густыми, волнистыми, цвета спелой пшеницы, и казалось, в них запутались сами солнечные лучи.

Завороженная, я подошла ближе, не в силах отвести взгляд. Осторожно, боясь спугнуть видение, я протянула руку и коснулась его шеи. Шерсть оказалась удивительно шелковистой и теплой.

— Нравится? – раздался у меня за спиной хриплый голос.

Я обернулась. Рядом стояла немолодая цыганка в яркой цветастой юбке, со старинным монисто на шее. Ее лицо было испещрено морщинами, а глаза, черные и пронзительные, словно видели насквозь.

— Очень, – честно призналась я.

— Бери, красна девица, не пожалеешь, – сказала торговка, похлопывая коня по крупу. – Конь не простой, характерный. В хозяйстве пригодится, из любой трясины вывезет. А как замуж соберешься – к милому на нем верхом поведут, со всех уголков деревни такую невесту видно будет. Вся в белом, на таком скакуне…

— Не собираюсь я замуж, – буркнула я, отводя взгляд. Рука сама собой продолжала гладить теплый бок коня.

— А это мне знать лучше, дитя мое, – таинственно улыбнулась цыганка. – Вижу я свадьбу. Не простую, а такую, какой свет не видывал. В лесу зачарованном, меж вековых деревьев. Тебя вижу, белую, как первый снег вокруг. И жениха твоего вижу…

— Кого? – тут же вклинилась в разговор Лиса, появившись словно из-под земли. Ее глаза горели любопытством. – Кто жених-то? Королевич, да? Наша Василиска королевной станет? Ну говори же, бабка, не томи!

Цыганка, взглянув на Лису, разом помрачнела. Съежилась, будто увидела не рыжую красотку, а самую что ни на есть нечисть лесную. Ее взгляд потух, сменившись обычной человеческой усталостью и даже брезгливостью.

— Вот что, девица, – резко оборвала она разговор, сунув мне в руки уздечку. – Бери коня. Даром. Он тебя ждал.

И, не сказав больше ни слова, не взяв ни гроша, она развернулась и, быстро шагая, растворилась в ярмарочной толчее, словно ее и не было.

Я осталась стоять посреди пыльного загона, сжимая в руках нарядную уздечку. Сердце стучало где-то в горле. Что же такое она увидела, взглянув на мою тетушку? И почему ее поспешное бегство было больше похоже на бегство от нечистой силы, а не от надоедливой покупательницы?

А Сивка-Бурка тихо фыркнул, склонил голову и ткнулся мягкими губами мне в плечо.

* * *

Обратная дорога из деревни в сказочный лес всегда была для меня испытанием на прочность, ведь тащить на себе приходилось видимо-невидимо! Обычно меня встречали у самой границы, причитая, как же я одна все добро дотащила. Алеша Попович обычно спрашивал: