Книга Академия контролируемой магии, страница 3 – Ольга Арунд

И пожалуй, с удовольствием оставалась бы в неведении всю оставшуюся ночь, но – увы, спина повернулась, обводя мрачным взглядом проходы между стеллажами, в одном из которых стояла я. Я, разом забывшая как дышать, с подгибающимися ногами и чистым, незамутненным ужасом в душе.

Этому хватило бы не трех, – одной секунды. Даже если бы он стоял при этом с закрытыми глазами и связанными руками, потому что должность ректора Академии контролируемой магии звучала гордо. Особенно если этот ректор – Ориан Оллэйстар, прославленный боевой маг и друг императора.

И это шаргхов конец! Естественно, мой.

Проклиная себя, Корсу и все азартные игры разом, я опустилась на пол, по-прежнему прижимая к себе книгу. У меня не оставалось выбора, придется сидеть, ждать и молиться, чтобы он побыстрее ушел. Ах да, и придумывать, чем Корса извинится за мою самоубийственную выходку.

Вот только моя спина очень быстро устала сидеть в неестественной и неудобной позе. И не знаю, в какой момент я уснула, но глаза открыла резко. Чтобы похолодеть и лишиться всех чувств разом.

Я убью Корсу! Я убью себя! Меня выгонят из академии!

— Добрый вечер, ректор Оллэйстар.

И всякое случалось в моей студенческой, и не только, жизни, но вряд ли это могло закалить меня до такой степени, чтобы голос не дрожал. Больше того, создавалось впечатление, что я не в шаге от отчисления, а вполне себе в своем праве. Праве спать ночью в двух шагах от библиотечной преподавательской секции.

— Скорее доброе утро, лиерра Грасс. – Когда напротив тебя на корточках сидит и сверлит взглядом тот, кто одним росчерком может загубить твою судьбу, это, мягко говоря, нервирует. – Мне стоит знать, что вы делаете в библиотеке в пять часов утра?

— Думаю, нет, ректор Оллэйстар.

Вряд ли то, как судорожно я подтянула к себе ноги и заставила встать затекшее тело, выглядело хоть сколько-нибудь прилично, но и продолжать сидеть перед ректором с вытянутыми в проход ногами, демонстрируя шерстяные чулки, было совсем за гранью разумного.

— Возможно, вы хотели вернуть книгу на место?

Вспомнив о легко узнаваемом ярко-алом корешке справочника, я мгновенно сравнялась с ним по цвету – не объяснять же ректору, что эту пошлость я даже не открывала.

— Вам показалось. Я лучше пойду. Всего доброго, ректор Оллэйстар.

С радостью бы вернула, но оказаться пойманной в библиотеке в это время уже повод для выговора. Не говоря о возвращении книги, которая, помимо откровенно вульгарной теории, состояла из любовных заклинаний и зелий на любой вкус.

— Лиерра Грасс, – он даже не пытался скрыть насмешку в голосе, – куратор Гронберг очень добросовестно относится к своим обязанностям, а я слишком устал сегодня, чтобы следить за тем, что происходит в дальнем проходе преподавательской секции.

Что?

Мне не послышалось? Он действительно позволит мне вернуть этот дурацкий справочник? Будь на месте ректора любой другой маг, я заподозрила бы желание поймать меня на месте преступления, но это же Оллэйстар! Герой войны! Честный и благородный боевик, что, кстати, редкость. Строгий, но справедливый ректор, что, на секунду, еще бо́льшая редкость. И подозревать его в обмане мне не удавалось даже мысленно, но…

Не сказав больше ни слова, игнорируя мое присутствие, ректор вернулся за стол и погрузился в свои записи. Не оторвавшись от них ни через пять, ни через пятнадцать минут. И я решилась. Тихо вышла из прохода с дальней от ректора стороны, чтобы обойти его по широкой дуге и, следуя по неактивным линиям охранок, словно по указателям, нашла нужный стеллаж. Ладони подрагивали, когда справочник втискивался на полку, в компанию к таким же, всех оттенков красного, книг одной и той же любовной направленности.