Книга Академия контролируемой магии, страница 30 – Ольга Арунд

Так, значит, вот он – счастливчик, которому не пришлось попробовать «Глаза с поволокой»? И не из-за него ли она решила меня подставить?

— Сильно сомневаюсь, что за это время ты научился целоваться! – Откровенной провокации боевик то ли правда не заметил, то ли не захотел замечать. – Просто я не понимаю, почему из сотен девушек академии ты выбрал именно Грасс? Что, никого достойней не нашлось?

— Прекрати, Лира! – В голосе Шалинберга прорезалась непривычная сталь. – Мы, конечно, давние друзья, но не лезь в то, что тебя не касается! Особенно если хочешь, чтобы друзьями мы и остались.

Вот это да… Я, похоже, пропустила момент, когда боевик вырос из заносчивого спесивого мальчишки в парня с принципами.

— Как это не касается? Рик! – Что происходило за поворотом, мне не было видно, но, похоже, кто-то из них начал нервно расхаживать перед скамейкой – слышалось шуршание гравия в такт шагов. – Да очнись ты! То, что ты пригласил Аурелию на Зимний бал, еще можно списать на вашу нелепую вражду! Якобы ты сделал это специально, чтобы на Грасс набросились остальные студентки, но с каждым следующим шагом ты все больше становишься похож на влюбленного идиота! И главное – в кого! В главную ледышку академии! Да и та твоя фраза о знакомстве с родителями… лорда Виерда и леди Олиену удар хватит, если до них дойдут слухи о том, что ты увлекся безродной сироткой!

Удивляюсь я, сколько жара и пафоса в ее монологе. Но есть в нем и пара интересных моментов – мне понравилось внезапное прозвище, в отличие от мнения Корсы о моей невзрачной персоне. И оно не задело, нет, но досаду я прочувствовала, и главным образом на себя – столько времени общаться бок о бок с этой стервой и не разглядеть ее ко мне истинного отношения! Давно не замечала за собой такой слепоты.

— Ты забываешься! – отрезал Шалинберг. – Мне не шестнадцать, и я давно вышел из того возраста, когда терпел чужие нотации. Особенно по поводу своей личной жизни!

— Рик! – У Корсы приступ паники? – Ты же не всерьез?..

Боевик не ответил, и она жалобно продолжила:

— Рик, прости, я действительно переборщила, но ты мой друг! Я переживаю за тебя! И то, что ты… – даже с такого расстояния я услышала ее судорожный вздох, – влюбился в Аурелию – не повод впадать в крайности. Просто она отличается от других девушек… – Судя по тону Корсы, далеко не в лучшую сторону. – Вот увидишь, мы закончим академию, окунемся в настоящую жизнь, и через неделю ты и думать забудешь о том, что существовала какая-то Аурелия Грасс!..

Ответом ее не удостоили, и по звуку удаляющихся шагов я поняла, что Шалинберг просто ушел.

Стоит чувствовать себя польщенной? Наверное, да, но я бы обошлась без этого, с легкостью передарив симпатии боевика кому-нибудь другому. Хотя в их наличие все еще не верилось. Не может быть, чтобы все оказалось так банально!

Заучка и красавчик.

Прекрасный сюжет для романа, но у меня есть собственная многолетняя драма, все еще с непредсказуемым финалом. И чем я могла его зацепить?! Клятвой четырехлетней давности, что не лягу с ним в постель, даже если он останется последним мужчиной в мире? Смешно уже потому, что в этом случае легла бы, никуда не делась. Постоянно мрачным видом? Так я не одна такая – в академии хватало помешанных на учебе и собственных заботах студенток.