Книга Академия контролируемой магии, страница 74 – Ольга Арунд

— Вас бы наказали? – сначала спросила, а уже потом подумала я. Но поздно, ректор уже склонил голову к плечу, с интересом за мной наблюдая. – То есть академию… академию бы закрыли?

— Вы преувеличиваете роль одного случайно найденного стихийника в жизни академии, – хмыкнул Оллэйстар. – Но Зимнего бала вы бы точно лишились.

— Я?

— Студенты, – улыбнулся он.

И эта улыбка добила и так ушибленное сознание. У меня в голове никак не укладывалась действительность, в которой я, раскрывший себя стихийник, лежу и болтаю с ректором на отвлеченные темы.

— Что в той шкатулке? – Я всячески тянула время, откладывая главный и самый важный для себя вопрос.

— В шкатулке? – насмешливо переспросил Оллэйстар.

— Да. – О стихийном даре он узнал, о моих заклинаниях тоже, так какой смысл строить из себя скромницу. – Сомневаюсь, что вам нужна шкатулка… так что внутри, ректор Оллэйстар?

— Внутри… – эхом отозвался он, взял стул и, поставив его у кровати, сел. – Аурелия, а что вам известно о Кристиане Велинберге?

Что-то такое мелькало на границе сознания, но слишком смутно, чтобы догадка разъяснилась.

— Ничего? – ответила полувопросительно, надеясь, что это не какой-нибудь дряхлый старец из теории магического права.

— Велинберг был талантливым магом земли и одним из ректоров Академии неконтролируемой магии, – сообщил Оллэйстар. – На этом посту он прослужил империи почти восемьдесят лет, боролся за каждого своего студента, даже если их приговаривали к казни, и умер около двух веков назад.

— Это его артефакт? – подалась я вперед.

— И шкатулка, и то, что внутри, – подтвердил Оллэйстар. – Неизвестно как, но Велинберг добыл минерал, это нашли в его записях, который лишал мага стихийной силы и только ее.

Сердце пропустило удар, дернулось раз, а после разогналось как ненормальное.

— Лишить силы? – Хрипнуть дальше мне уже просто некуда.

Интересно, а можно мне стать первой жертвой… в смысле испытателем?

— Если верить дневникам Велинберга – да. Он добыл камень, который назвал оскантом, и считал, что тот может вернуть стихийникам жизнь. Не ту, где на них косо смотрели, преследовали и казнили, а ту, где их могли приравнять к обычным магам. Оставив только тех, кто понимает и контролирует дар.

— Но почему… прошло ведь двести лет. Почему сейчас? – растерянно тряхнула я головой. – Столько времени потрачено зря…

— Напомните-ка, лиерра, как у вас с историей? – весело хмыкнул Оллэйстар и откинулся на спинку стула. – Вы знаете, как к стихийникам относились двести лет назад?

— Никак, – вздохнула я и закусила губу, по примеру Оллэйстара откинувшись на подушки. – До вступления на престол Алемдара Оришанского учили едва ли половину, а сошедших с ума…

— Убивали, – с охотой подсказал Оллэйстар. – Велинберг не знал, как относится к этому вопросу новый император, а узнать не успел – умер от старости. Увы, он не дожил до принятия Алемдаром указа о принудительном обучении стихийных магов, поэтому предпочел спрятать оскант до лучших времен.

— И теперь вы…

Почему он? Почему именно Ориану Оллэйстару поручили достать оскант из шкатулки? Почему не императорским магам? Почему не артефакторам? Или есть что-то, из-за чего такой чести удостоился именно он? Пусть уважаемый, но рядовой, по сути, ректор Академии контролируемой магии.