Книга Влюбленный, страница 149 – Луна Мейсон

Отвернувшись, я собираюсь зайти в церковь.

— У тебя осталось еще много родственников, Лука. Ты настоящий семьянин, верно? Миссис Руссо стала всего лишь первой в длинном списке. А еще есть Дарси… и это будет совсем иначе, – продолжает давить Антонио.

Я останавливаюсь, при упоминании моей двухлетней племянницы желчь подкатывает к горлу. Жаль, что я не напился сегодня утром. Потирая челюсть, я пытаюсь немного снять напряжение.

Я киваю Марии. Она самодовольно улыбается брату и неторопливо оборачивается, чтобы взять меня за руку.

— Правильный выбор. Мы же не шутим, – с фальшивой улыбкой добавляет она, а затем принимается вышагивать рядом, виляя бедрами.

Я захожу в церковь. Тяжесть груза, возложенного на мои плечи, сводит с ума. Я поднимаю взгляд на разноцветный витраж.

Зал уже заполнен гостями, проход украшен белыми розами. Усмехаюсь, когда замечаю позади алтаря огромный золотой крест.

Если Господь действительно существует, он, наверное, ненавидит меня до глубины души.

Учитывая мои планы, в ближайшее время я не попаду в рай.

У меня билет до ада в одну сторону.

Услышав щелчок, я поворачиваюсь лицом к двери.

— Пора, – говорит неизвестный мужчина.

Внешне он похож на Данте: у него те же черные волосы, но худощавое телосложение.

Я судорожно сжимаю букет, словно он дает какую-то защиту. Ноги словно приросли к полу.

Немного опускаю платок, и мужчина с интересом смотрит на мои синяки.

— Накинь обратно, – грубо приказывает он.

Я качаю головой.

— Это испортит внешний вид и не понравится Данте. Он лично выбирал это платье. Он оставил эти синяки, следовательно, он не видит в этом ничего плохого.

Он прищуривает глаза.

— Хорошо, просто закрой волосами или придумай что-нибудь еще. Нельзя, чтобы священник их заметил.

Я послушно выполняю приказ: распускаю волосы, чтобы локоны прикрыли плечи и руки.

Когда мужчина распахивает дверь, я на секунду замечаю блестящий пистолет, спрятанный у него под пиджаком. У меня сжимается горло.

Кажется, он догадывается, что я заметила оружие.

— Шевелись – приказывает он.

Я выхожу из подсобки, холодный воздух моментально обжигает кожу. Вокруг очень мало машин. Я почему-то ожидала, что Лука приведет с собой целую армию. Буквально цеплялась за эту надежду, а теперь меня переполняет разочарование. Может, я ошиблась. Может, я не его семья. Он дал понять, что сделает все возможное, чтобы уберечь семью.

Я цеплялась за мысли о нашей любви.

Теперь это не имеет значения. Я всех подвела.

Он ведет меня к церковному порогу, и мои каблуки громко стучат по полу, когда мы проходим сквозь двойные двери.

Я замираю. Все оборачиваются, чтобы поглазеть на меня, словно на какое-то диковинное животное. Лица гостей сливаются в одно размытое пятно. Я могу сосредоточиться только на ухмылке этого чудовища. Данте стоит в черном смокинге, спрятав руки в карманы.

Сердце бешено стучит под заунывный вой скрипок. Тело буквально кричит, чтобы я разворачивалась и бежала. Но другого пути нет. У меня нет выбора. Я решила спасти жизнь Луке, и никогда не пожалею об этом.

Я переступаю через порог, тяжелое платье тянет меня к полу. Высоко поднимаю голову, поглубже запрятав свои эмоции, и смотрю прямо на золотой крест. Каждый шаг отдается в голове болью.

Мои нервы натянуты словно струны, адреналин зашкаливает. Бороться или бежать? Сейчас нельзя впускать слабость в свое тело. Я должна бороться.