Книга Династия Скоген, страница 125 – Каролин Валь

— Что-то еще? Сегодня мы предлагаем выпечку с корицей.

Обычно я отказывался с улыбкой, но сегодня мне не хотелось даже пытаться поднять уголки губ.

— Спасибо, не нужно.

Прошло несколько секунд, и никто из нас не произносил ни слова.

— Нора! – крикнула она себе за спину, и я аж дернулся.

Я втайне сожалел о том, что имя Нора, вероятно, является самым популярным в Осло, если не во всей Норвегии. Всякий раз, когда я его слышал, в моей груди словно раздавался щелчок ножниц, который пронзал мое сердце. Эх, может ли быть больнее?

Нора, Нора, Нора.

Пусть даже мы провели друг с другом лишь две недели, я скучал по ней. По тому, что у нас могло бы быть. По стремлениям, которые она создала во мне, сама того не зная. Но рядом с Норой просыпался мой дух борьбы, и теперь я погрузился с головой в работу, которая казалась чужой, словно слишком тесная одежда.

В этот момент за стойкой появилась девушка, и мне показалось, что Мар ударил меня в подбородок одним из своих знаменитых ударов.

Это была не какая-то Нора, а моя.

Я застыл в состоянии глубокого шока, а мое сердце словно провалилось куда-то глубоко в кожаные туфли. Мой пульс так подскочил, так колотился, что на мгновение у меня перехватило дыхание.

Она стала более стройной, не такой жилистой, но была по-прежнему прекрасна. В своем неизменном стиле. Только темно-голубые глаза лишились блеска, стали печальными. Уголки губ опущены, словно девушка уже несколько недель не видела солнечного света, а волосы за лето стали немного светлее, как у блондинки, и были убраны в милую косичку.

Страдала ли она так же, как я?

Нет, невозможно.

Этот вопрос заставил меня задуматься, потому что раньше я считал, что она была счастлива от меня избавиться. Но вот теперь уже не был так уверен. Один ее вид разбередил едва зажившую рану в моей груди.

— Сандер, – произнесла она, и в ее голосе было столько беспокойства, что пришлось сражаться с сильным порывом просто обойти стойку и обнять ее. Заверить, что все будет хорошо.

Кажется, ее все это тревожило так же, как и меня, и эта мысль наполнила мои вены новой жизнью. Словно кто-то открыл нараспашку окно в давно запертой комнате.

Мне пришлось приложить все усилия, чтобы сосредоточиться на прерывистой беседе, потому что я искал признаки того, что ошибаюсь. С каждым словом и жестом Нора открывала мне все больше правды, как будто слой за слоем копала котлован.

И тут обнажилось ее разбитое сердце.

— Александер, – нас прервали, но я продолжал смотреть в расстроенное лицо Норы и не понимал, как мог быть настолько слепым. Я ни разу не задумался о причинах ее поступка.

За всей ее силой скрывалась нежная ранимая личность, которая не научилась полагаться на отношения, доверять им. А я лишь сыграл ей на руку, потому что уехал.

Но тогда я слишком отвлекся, был слишком тяжело ранен. А теперь я понимал ее.

Норе нужна была уверенность. Возможность положиться на человека. Ей был нужен тот, кто не оставит, как сделали это ее родители, внезапно и без предупреждения.

У всего был смысл, и теперь все кусочки пазла складывались воедино.

Возможно, травма от потери любимых людей так глубоко засела в ее костях, что Нора оттолкнула меня из-за страха. Любыми средствами. Со всей силой. С помощью отговорки, которую я бросил ей словно крошки.