Книга Запутанная игра, страница 137 – Ева Эшвуд

— Черт, малышка. Из-за тебя мне ужас как трудно держать руки при себе.

От этих слов у меня внутри все переворачивается, и когда я заговариваю, голос звучит тихо и немного неуверенно. Но я хочу знать.

— А почему ты держишь руки при себе? – спрашиваюя. – Почему никто из вас до сих пор не притронулся ко мне? Ты ведь можешь в любой момент взять у меня все, что захочешь. Мы все это знаем, – фыркаю я, и в моем голосе слышится горечь.

— В каком смысле? – с негодованием спрашивает Рэнсом.

— В таком, что, по-видимому, на данный момент я вроде как трофей. Единственные мужчины, которые когда-либо хотели меня, делали это только из-за моей дурацкой девственной плевы. Николай, Колин, Карл. Всем им нужна была только моя девственность, и они были бы счастливы взять ее силой, если бы пришлось. Карл согласился сохранить мою тайну, только если я предложу ему секс взамен.

— Так. – Тон Рэнсома становится жестким. – Надеюсь, что из всех гребаных людей на земле ты не сравниваешь меня со своим бывшим боссом. Это оскорбительно. Он был отбросом.

Я открываю рот, хочу сказать, что я вовсе не это имела в виду, но он продолжает говорить:

— Я так не поступаю, малышка. Я никогда не брал женщину силой и никогда не возьму. – Его голос меняется, становясь низким и дразнящим. От этого звука у меня по спине пробегают мурашки, а после он добавляет: – Я бы не стал трахать тебя, если бы ты этого не захотела. Но, держу пари, я мог бы заставить тебя молить меня об этом в считанные секунды.

Я слегка поворачиваюсь на кровати. Сердце бьется так сильно, что, кажется, вот-вот пробьет грудную клетку и выпрыгнет на матрас. Мне страшно, отрицать бесполезно. Я боюсь того, что он говорит, но обещание, звучащее в его голосе, взывает и ко мне. Рэнсом говорит искренне, и уверенность в том, что он может заставить меня умолять о нем, вызывает во мне дрожь желания, слишком сильную, чтобы ее игнорировать.

Теперь Рэнсом видит мое лицо, его глаза жадно рассматривают меня. Наверное, ему нравится то, что он видит в глубине моих глаз, поскольку он улыбается.

— Закрой глаза, – шепчет Рэнсом, и мне кажется, что его голос почти ласкает меня, когда он произносит эти слова.

Я хмурюсь, а сердце нервно бьется.

— Но ты сказал…

Он усмехается.

— Я не собираюсь трахать тебя, ангел. Просто помогу тебе. Хорошо?

— Хорошо.

— Тогда закрой глаза.

Тихо выдохнув, я позволяю своим векам закрыться. Рэнсом нежно кладет руку мне на плечо, переворачивая меня на спину.

— Подумай о своем сне, – шепчет он.

Я делаю то, что он говорит. Это несложно. Все образы до сих пор на поверхности.

Я думаю о грубых подушечках пальцев Рэнсома и о том, как легко они находили мои самые чувствительные места. И тут, будто мой сон воплощается в реальность, его рука скользит ко мне в пижамные штаны, и я с шипением выдыхаю.

Сначала он просто ласкает меня через трусики, проводя хлопком по твердому бугорку клитора. Это приятно, но недостаточно, чтобы хотя бы приблизиться к удовлетворению моей внутренней потребности. Хотя от трения огонь разгорается сильнее, и я прижимаюсь к Рэнсому, тяжело дыша.

— Ш-ш-ш, – бормочет Рэнсом, и его голос звучит немного грубее, чем раньше. – Продолжай думать. Думай о том, что я с тобой делал. Я определенно думаю обо всем, что мог бы сделать с тобой прямо сейчас.