Книга Порочная клятва, страница 154 – Ева Эшвуд

Мэлис кивает, пристально глядя на меня.

— Мне показалось, что вам это было нужно.

— Ты про что конкретно?

— Про все.

Не могу с этим поспорить. После того, что произошло сегодня в закусочной, отношения между нами достигли точки кипения, и что-то должно было измениться. В планы это, конечно, не входило, но я рада, что это произошло.

Сначала я думаю, что на этом разговор закончен, но Мэлис удивляет меня, продолжая:

— Знаешь, Вик всегда был… особенным, наверное. Даже до того, как папаша начал издеваться над ним, он держался особняком. Тихоней был. Свирепый, но спокойный. Так что я беспокоился за него. Потом этот кусок дерьма добрался до него, и стало только хуже.

— Он немного рассказал мне об этом, – говорю я. – Что сделал ваш отец, как это на него повлияло.

Мэлис снова кивает.

— Когда мы убили его – нашего отца, – это было в основном из-за мамы и всего того дерьма, через которое он заставил ее пройти, но отчасти и из-за Вика тоже. По крайней мере, с моей стороны. Он такого не заслуживал, а папаша поступал так только потому, что был эгоистичным ублюдком, который считал, будто сможет сделать из своих сыновей идеальных солдат и сколотить себе репутацию в криминальном мире. Теперь Вику придется вечно разбираться с последствиями этого дерьма.

— Никто из вас не должен был проходить через это, – говорю я, имея в виду каждое слово.

— Да, но особенно Вик. Я просто… не знаю. Я всегда волновался, что он никогда никого не найдет. Ну, знаешь, любовь и все такое. Да я и сам-то не особо верил в эту ерунду, но у меня хоть отдушина была, понимаешь? Если я хотел потрахаться, я трахался. Рэнсом у нас хорошо ладит с людьми, так что точно нашел бы себе девчонку, но Вик… я всегда думал, что он навеки застрянет в своем цифровом мире.

Я слушала его с интересом. Я всегда знала, что они трое – единое целое, братья, которые прикрывают и готовы на все ради друг друга. Но в том, как Мэлис говорит сейчас, есть что-то такое, что показывает, насколько глубока его любовь к Вику.

— Думаю… как раз такое желание он бы и озвучил, – бормочу я. – Что он просто хочет быть наедине со своими экранами.

— Да. – Мэлис проводит рукой по щетине на подбородке. – Но была бы это правда? Наверное, да, пока не появилась ты. Вику всегда нужен был кто-то, кто был бы терпелив с ним и понимал, какой он.

— Я не хотела его ни к чему принуждать. То есть, я знаю, что сегодня настояла, но мне показалось, что… Даже не знаю. Я почувствовала, что в тот момент ему нужна была разрядка.

— Думаю, ты права. – Он кивает. – А еще думаю, что это пойдет ему на пользу в долгосрочной перспективе. Так что, спасибо. За то, что была такой терпеливой и поняла, когда нужно надавить.

Я прочищаю горло, чувствуя, как в нем застревает комок эмоций.

— Конечно. Вик всегда был мне важен, и это не изменится.

Выражение лица Мэлиса становится напряженным. Он сверлит меня глазами, и я не отвожу взгляда. Затем он протягивает руку, берет меня за подбородок и приподнимает лицо.

— То, что мы чувствуем к тебе, тоже не изменится, солнышко, – говорит он тихим голосом. – Ты с нами до конца. Остальное не имеет значения.

Сердце заходится, желудок ухает вниз, а затем снова поднимается, словно я на американских горках. Его губы изгибаются в легкой улыбке, и как раз в тот момент, когда я думаю, что он собирается подарить мне поцелуй, Мэлис отпускает меня и встает.