Книга Порочная клятва, страница 169 – Ева Эшвуд

Рэнсом весело смеется.

— И что же? У тебя все волосы выпали?

— Нет, но, наверное, близко к тому. Пряди получились такими неровными, и цвет был определенно неподходящий. Он был больше похож на морковно-оранжевый, чем на рыжий. Да еще и перемежался со светлыми прядями. В общем, эта покраска сильно сожгла мне волосы, так что они несколько недель были сухими и секущимися.

— Уф, – говорит Рэнсом, пытаясь сдержать смех. – По крайней мере, в итоге тебе удалось привести их в порядок. Теперь у тебя красивые волосы.

От этого у меня на щеках появляется румянец, хотя это далеко не первый комплимент, который я получаю от него.

— В конце концов, они пришли в норму. При помощи большого количества кондиционера.

— Его ты тоже украла? – спрашивает он.

— Да, у Мисти.

— Ты маленькая бунтарка. Жаль, что мы не были знакомы с тобой тогда. Держу пари, было бы весело.

Я улыбаюсь, испытывая странную тоску при этой мысли.

— Да, мне тоже жаль.

Рэнсом отступает назад, снимает перчатки и выбрасывает их в мусорное ведро.

— Ладно, мы закончили. Теперь просто нужно дать краске подержаться в течение получаса или около того.

Прежде чем я успеваю ответить, наше внимание привлекают тихие, сердитые голоса из соседней комнаты. Мы обмениваемся взглядами и быстро выходим посмотреть, что происходит.

Вик сидит за своим компьютером за маленькой кухонной стойкой, Мэлис стоит у него за плечом, а на экране высвечивает сообщение. У меня внутри все переворачивается, потому что я уже догадываюсь, от кого оно.

— Оливия. Чего она теперь хочет? – спрашиваю я, почти боясь узнать ответ.

— Она в курсе, что Мэлиса чуть не арестовали в Оклахома-Сити, а это значит, что она знает, что мы там были, – говорит мне Вик напряженным голосом. – Она говорит, что мы недостаточно хорошо заметаем следы и что это только вопрос времени, когда мы совершим ошибку. Поэтому она предлагает нам сделку.

— Что за сделка?

Я перевожу взгляд с Вика на Мэлиса, который вцепился в спинку стула так сильно, что, боюсь, как бы он ее не сломал.

— Она предложила нам десять миллионов долларов, чтобы мы вернули тебя ей, – рычит Мэлис, и в его голосе слышатся ярость и отвращение.

— Что?

Мои глаза расширяются, и я подхожу ближе, чтобы заглянуть Вику через плечо.

Ну, естественно. Я читаю сообщение, и у меня скручивает желудок. Я вспоминаю, как Оливия предложила подсластить сделку, когда пыталась договориться со мной, – предложила мне то, чего я желала, вместо того чтобы угрожать тем, чего мне совсем не хотелось.

— Да уж, она хороша в манипулировании, – шепчу я.

— Мы не примем этих денег, – тут же заявляет Рэнсом, и Мэлис хмыкает, как будто это не было очевидно.

— Конечно, нет.

Я с трудом сглатываю, пытаясь успокоиться. Они так быстро отвергли ее предложение и совсем не ужаснулись тому факту, что моя бабушка пытается выкупить меня.

И эти десять миллионов – часть тех денег, которые она получит от моего брака с представителем какой-то другой семьи, после того как братья Воронины вернут меня ей? Или она и правда настолько богата, что у нее есть лишние деньги?

Мне кажется, у нее вообще ни цента нет, и она просто пытается блефовать, чтобы заставить парней вернуть меня. Но в любом случае, прежнее светлое настроение исчезло, погасло, как пламя свечи. Тесный фургон наполняет напряжение. Вик постукивает пальцами по столу в неустанном ритме, который показывает, насколько он взволнован.