Книга Ремонту не подлежит, страница 114 – Лорен Форсайт

Вместо этого я заговорила о более насущной проблеме.

— Моя мама собиралась продавать дом, – ответила я и покачала головой. Нет, придется объяснять все с самого начала. Рассказывать всю запутанную историю с моими родителями, объяснять, как много значил для меня этот дом и как отец манипулировал мамой все это время.

И я так и поступила. Сказала им правду. Призналась, что мне нужны были деньги, что я позвонила Ники и заключила сделку на новых условиях. Рассказала про сто тысяч. И про то, как вчера застала мать с отцом, наговорила им всякого и теперь чувствую себя виноватой.

Я закончила, откинулась на спинку скамейки и приготовилась выдержать шквал критики.

— Господи, сколько дерьма тебе пришлось вынести!

— Али, мне так жаль. Представляю, как трудно было справляться с этим в одиночку.

Доброта друзей растрогала меня до слез. Я закрыла глаза и попыталась остановить ручьи, грозившие пролиться из глаз.

— Я наговорила ей столько ужасного.

— Но это же правда, – ответила Лола и погладила меня по спине, будто успокаивала ребенка, которому приснился кошмар.

Я покачала головой.

— Но я специально выбирала самые обидные слова. Хотела, чтобы она очнулась! Я уже много лет пытаюсь ее разбудить.

Они обступили меня и утешили. Поняли и выслушали без вопросов. Впрочем, один вопрос все-таки возник.

— Сто штук, – присвистнула Тола, – это уже совсем другой уровень. Мне нравится.

Я пожала плечами. – А мне нет. Я хотела вершить благие дела и одновременно веселиться с вами, ребята. А получилась такая… путаница.

— Может, закончим историю с Диланом и поедем в шикарный отпуск? Бывает отпуск выше первого класса? Я не шучу. Почти. – Эрик улыбнулся и обнял меня за плечи. Я тоже попыталась улыбнуться. – Что мы можем сделать для тебя, дорогая? – спросил он так искренне, что я почувствовала себя немного странно.

Я вытерла слезы.

— Вы можете меня простить.

— За что?

Я посмотрела ему в глаза.

— Я заставила тебя обманывать и притворяться!

Эрик склонил голову набок и улыбнулся, а затем покосился на Толу.

— Ой, кажется, мы разбудили зверя.

— Нет, я серьезно, – ответила я и взяла его за руку. – Ты чудесный парень! Такой умный, красивый, преданный, веселый! И я знаю, как для тебя важно оставаться честным!

Эрик встревоженно посмотрел на меня.

— Али, отдышись. Хватит тебе своих проблем, не обращай внимания на мое нытье. Со мной все будет в порядке.

Тола посмотрела на него и расхохоталась, потом склонила голову и повернулась ко мне.

— Ой, да ты посмотри на него, он может притворяться хоть десять лет!

Мне не хотелось смеяться, но я не удержалась.

— Ребята, хуже вас никого нет.

— Ложь, гнусная ложь, – ответил Эрик и протянул мне коричневый бумажный пакет. – Ешь пончик и не грусти. После обеда у нас первое собрание с Мэтью: поскольку ты отказалась ему помогать, его натаскивал Хантер. Это будет настоящий цирк, не хочу пропустить это зрелище.

Хвала небесам за моих друзей. Что бы я без них делала.

Ключом к гармонии оказалось избегание и притворная улыбка.

Я избегала маминых звонков, сообщений, писем и голосовых. Сбрасывала отцовские звонки, а потом заблокировала его номер. Передала Толе руководство предстоящими делами в «Ремонте судьбы» и ничего не ответила, когда она спросила, можно ли брать новых клиентов. И когда она спросила, как я намерена поступить с Диланом, я тоже промолчала.