Книга Ремонту не подлежит, страница 125 – Лорен Форсайт

— Мне очень жаль, – ответила я. Дилан взял меня за руку под водой и сжал мои пальцы.

— Я сам виноват. Слишком долго притворялся беспечным балагуром, а теперь жду, что меня начнут принимать всерьез.

Он грустно улыбнулся и покачал головой. Я рассмеялась, высвободила руку, но Дилан снова ее взял.

Я ему позволила, и он взглянул на меня с отчаянием.

— Знаешь, у меня был такой четкий план на жизнь, – вдруг проговорил он, и я удивленно на него посмотрела. Дилан рассмеялся. – А так и не скажешь, да? Совсем на меня не похоже. Но в последние пару лет я четко представлял, какой станет моя идеальная жизнь. Я буду управлять своей командой, создавать значимые проекты и улучшать жизнь людей. Открою простой офис, не шикарный, но рядом с хорошей кофейней, чтобы каждое утро болтать по душам с баристой, оставлять хорошие чаевые и узнавать местные новости, чувствовать себя причастным к жизни района, понимаешь?

Я кивнула. Я слушала Дилана, закрыв глаза и держа его за руку.

— Куплю маленький домик рядом с парком, и по воскресеньям я буду выходить на пробежки. Может, отец захочет бегать вместе со мной, как в детстве, и мы перестанем ссориться. После пробежки буду устраивать большое воскресное барбекю и собирать друзей. Заведу собаку, стану пить сангрию в саду. Покрашу стены в гостиной в ярко-оранжевый цвет. И каждый день у меня появится больше пяти поводов для радости.

У меня закружилась голова.

— Идеально, – тихо ответила я. Дилан водил большим пальцем по моему запястью, и мне стало трудно дышать. Я открыла глаза. – Ты на верном пути.

Он взглянул на меня.

— Думаешь?

— А зачем ты сюда приехал, Дил?

Он продолжал гладить мою руку, и я умоляюще взглянула на него. Но Дилан не отпустил мою руку, а я не отодвинулась.

— У меня такое чувство, что все решения, которые я сейчас принимаю, отдаляют меня от этой жизни. Спонсорские посты, фотосессии, роскошный офис. Отпуск по кредитке, гигантские букеты цветов и вечные извинения. Али, я до смерти устал. Мне надоело притворяться.

Эти поглаживания меня убивали. Меня разморило от тепла, я выпила слишком много шампанского.

— Ты же говорил, что счастлив, – выпалила я, а он наклонил голову и взглянул на меня.

— Я тогда еще не вспомнил, каково это. Это как наркотик, – тихо ответил Дилан и отвел взгляд.

— О чем ты говоришь?

— О нас. О том, что нас связывает. Рядом с тобой все встает на свои места и обретает смысл.

Я покачала головой, отдернула руку, вылезла из джакузи и надела халат.

— Ты права, – сказал Дилан и снова выставил ладони перед собой, – я нарушил правила.

Я скрестила руки на груди и посмотрела на него, качая головой.

— Ты ведешь себя, как вел всегда, я не могу винить тебя в этом, но ты не можешь обнимать Ники, окружать ее вниманием и заниматься с ней любовью, а потом являться за советом ко мне. Ты не можешь показывать ей только парадный фасад, а потом вываливать на меня все, что за ним скрывается. Раньше между нами все именно так и было, но это убивало меня, Дилан, и я больше этого не потерплю, прости.

Он поднялся.

— Али, я…

— Не переживай. Я рада, что мы снова подружились. Давай останемся друзьями, ладно?

Раздался смех: вернулись остальные. Увидев нас, они остановились.

— Смотрите, Али с Диланом снова ругаются! Все вернулось на круги своя! – Бен рассмеялся. – Кто со мной в джакузи?