Книга Развод. Спаси меня от мужа, страница 43 – Дима Льевич

— Ась?

— Выпить, спрашиваю. Будешь что-нибудь?

— А вы что предпочитаете? — улыбается она.

— Белое сухое вино.

— Ну, думаю, бокальчик не навредит, — чуть тише говорит девушка и опускает взгляд.

Не навредит чему? Ну да ладно.

— Хорошо!

Иду на кухню, достаю еще достаточно теплую скумбрию, разрезаю лимон, с одной половинки обильно выдавливаю на две рыбешки сок, другую нарезаю на дольки и выкладываю все это на тарелки. Оцениваю, вроде выглядит симпатично и аппетитно. Достаю из холодильника бутылку пино гриджио и разливаю по бокалам. Укладываю все это на большой поднос и разворачиваюсь. Несу все это в зал и расставляю на небольшой стол перед диваном под внимательным, пытливым взглядом Миланы.

— Да вы прям знаете толк в сервировке. Только вилки забыли, — хихикает.

— Чудо ты, — не сдерживаюсь, — рыбу едят руками!

— Ой, правда? Простите. — И после моего многозначительного взгляда девушка закрывает ладошкой рот. — Помню, да, вы не любите, когда я извиняюсь. Больше не буду, обещаю.

Портить вечер ни себе, ни ей я не собрался, потому без лишних разговоров о «нравится — не нравится» мы приступили к ужину. Я даже сам не заметил, как быстро пролетело больше часа за веселыми разговорами и задорным смехом слегка раскрепостившейся, расслабившейся девушки после бокала молодого вина.

— Было очень вкусно, — растягивает она слова, вытирая пальцы салфеткой. — А есть руками прям классно! Еще вкуснее еда становится.

— Рад, что тебе понравилось.

— Но я бы еще лучше приготовила! — с неожиданной для меня уверенностью заявляет она.

— Не сомневаюсь. Ну ладно, посидели здорово, но нужно ехать.

— Да, надо. Я и так у вас кучу времени отняла…

— Ну чего, мне было приятно с тобой его провести.

— Правда? — подпрыгивает девушка.

— Да. Но тебе пора. Пойду вымою руки, и поедем.

Ухожу в ванную, умываюсь и мою руки. Выпил я совсем ничего, к тому же напиток был слабым. Так что мне по-прежнему ничего не мешает сесть за руль.

Возвращаюсь в зал и нахожу девушку мило посапывающей на мягкой подушке на диване. Меня не было всего три минуты, а она уже скрутилась маленьким клубочком и сладко спит.

— Ну замечательно! — шепчу и иронично выгибаю бровь. — Что ж мне с тобой, такой красавицей, делать?

Ответа, конечно же, никакого не следует. И мне больше ничего не остается, кроме как отнести ее в комнату, где она спала прошлую ночь.

Аккуратно беру ее на руки, такую крохотную, нежную и беззащитную, и, мягко ступая, несу по ступенькам. Вхожу в комнату и укладываю девочку на кровать.

Только малышка касается простыни, сразу начинает что-то неразборчиво лепетать, обхватывает мою шею обеими ручонками и притягивает к себе. Оставляет на моих щеках и губах нежные поцелуи, и я различаю в ее сонном голосе слова:

— Не уходи, пожалуйста.

Твою ж мать! И обняла так крепко. А по словам понимаю, что она не осознает, что говорит и с кем говорит. И высвободиться не могу. Или не хочу.

— Останься, — добавляет она.

— Хорошо, — сдаюсь я. Не знаю, к чему это приведет, но закрываю глаза и ложусь рядом с ней.

Благо на мне есть штаны, потому что ее полуобнаженный вид от задранного дальше некуда сарафана, под которым я вижу ее белые полупрозрачные трусики, ломает все мои барьеры, как бы я ни пытался держаться. А нежный голос, поцелуи и пальчики, которыми она берет мою ладонь и кладет себе между грудей, слишком сильно напрягают мое тело. Пытаюсь отодвинуться чуть дальше, чтобы не упираться девушке в попу возбужденным членом, но она сама прижимается ко мне и ёрзает, умащиваясь поудобнее.