Книга Во власти чувств, страница 33 – Эмилия Вон

Спустя несколько минут я поставила на стол в гостиной две тарелки с йогуртом, смешанным с фруктами и ягодами, и молча начала есть. Алессио хмыкнул и приблизился ко мне, рассматривая тарелку с едой, как ученый исследует свой научный материал. Не хватало только микроскопа и белого халата.

Кинув удивленный взгляд, он присоединился ко мне за столом. Наши роли поменялись, и теперь наблюдателем стала я. Я пристально следила за каждым его движением, как он зачерпывал первую ложку, как подносил ее ко рту, и ждала его комментариев. Его одобрения. Я не была принцессой, боявшейся испачкать руки и лицо мукой или чем-то другим, просто надобности в приготовлении еды никогда не было. На кухне я всегда только смотрела. Мне нравилось следить за процессом готовки, за оживленными поварами, но больше всего мне нравилось быть свидетелем создания кулинарных творений мамы.

Алессио тщательно прожевывал еду, пока смотрел на меня. Проглотив и сделав глоток воды, он обратился ко мне с пустым выражением лица. Я уже ненавидела этот взгляд, хотя знала его всего пару дней.

— Это сложно назвать полноценной едой, но для принцессы довольно неплохо.

Улыбка расплылась на лице, когда теплота наполнила меня изнутри, от его слов что-то в животе сжалось. Несмотря на попытки уколоть меня и показаться грубияном, его глаза говорили обратное. Это была маленькая победа, но уже что-то.

Довольная собой, я принялась за ужин, не выпуская из виду улыбку Алессио, которая влияла на меня сильнее, чем мне хотелось бы.

Мы съели все в полной тишине, а после вместе помыли посуду, как милая семейная пара. Но мы таковыми не были. Я не замужем, моего жениха убили, а сейчас я проводила время с чужим мужчиной – с моим телохранителем – у него дома. Подобное взаимодействие считалось нарушением установленных правил.

В наших кругах женщинам запрещалось оставаться наедине с представителями противоположного пола, однако сложившиеся обстоятельства вынуждали отступить от правил. Испытывая неловкость, я вынуждена была признаться, что в последние дни находила удовольствие в присутствии Алессио. Мы редко общались, но обоюдное молчание нас не смущало и не доставляло неудобств. Нам не нужно было заполнять тишину разговорами или чем-то другим. Каждый из нас занимался своими делами, а вечером мы вместе смотрели фильмы или футбол, который раньше я терпеть не могла. Когда Алессио готовил, я наблюдала за ним, когда он тренировался, я тоже бегала на дорожке. Такое сосуществование ощущалось естественным и… правильным, вопреки очевидному несоответствию установленным нормам. Казалось, мы жили в нормальном мире и ничто не нарушало привычный покой. С Алессио я забывала весь кошмар и забывалась в этом пузыре сама. Но это была лишь иллюзия.

— Что случилось? – Алессио выключил воду и забрал у меня из рук тарелку и полотенце.

— Ничего. – Он не отводил от меня взгляда, призывая продолжить. – Просто это так странно и… Что я делаю? Я должна быть убитой горем, плакать и страдать от потери мамы и Данте, но почему-то после сна я не чувствую такой боли, как в первый день.

— Что за сон? – Он правда казался заинтересованным, поэтому я решила поделиться.

Алессио встал рядом, едва прикасаясь к моему плечу, и мы оба облокотились на столешницу.