Книга Во власти чувств, страница 75 – Эмилия Вон

Мы остановились на лужайке недалеко от дома, на открытой местности. Напротив нас из земли торчала конструкция с деревянной доской, на которой вчера вечером я нарисовал мишень для пулевой стрельбы. После нападения в Чикаго я подумал, что было бы неплохо научить Адриану стрелять, и подготовил все, пока она спала.

Мы встали в трех ярдах от мишени, я потянул Адриану к себе и встал позади нее. Мурашки покрыли ее смуглую кожу, когда поднявшийся ветерок легко к ней прикоснулся. Ее глаза расширились от удивления, когда осознание происходящего наконец пришло, но она по-прежнему ничего не произнесла и делала все, как я велю.

— Поставь ноги чуть шире для опоры и немного согни их в коленях. – Я положил ладони на ее бедра, заставляя их опуститься. – Подними руки выше, вот так. – Я помог ей, показывая нужный уровень. – Направь их в сторону мишени. Они должны быть полностью выпрямлены в локтях – это позволит компенсировать отдачу. Держи пистолет крепко на линии глаз. – Я взял ее теплые ладони и помог обхватить холодный металл между ними.

При очередном дуновении ветра волосы Адрианы зашевелились и попали мне на лицо. Они пахли карамелью, ею. Чертов грех.

Я словно прирос к ней. Ее задница так плотно прижималась ко мне, что Адриана наверняка чувствовала, как мое тело отзывалось на такую близость, тем не менее я не думал ее отпускать. Вместо этого я сильнее прижал девушку к себе, ощущая ее частое дыхание, возможно, от предвкушения и адреналина, но надеялся, что это чувство также связано с чем-то большим, например, с желанием. Жаркое, неодолимое желание, которое всегда зарождалось, когда она оказывалась рядом, когда я чувствовал каждый изгиб ее тела под своими руками. Когда где-то в глубинах сознания просыпались первобытные инстинкты, и внутренний хищник рвался наружу, желая овладеть хрупкой невинной ланью.

— Ч-что дальше? – Ее голос дрожал, может, от холода, а может и нет.

Со стороны, возможно, Адриана сейчас казалась хрупкой и испуганной, но я знал, что это не так. Вчера утром она сама постирала свои вещи и повесила их сушиться, хотя раньше все это делала за нее прислуга. Вчера днем Адриана смотрела, как я чистил пистолет, а потом помогла мне с дровами. Стало холодать, поэтому нам нужно было подготовиться к непогоде, ведь я пока не имел представления, сколько мы еще будем здесь находиться. Ей нравилось наблюдать, исследовать, она предвкушала все новое, что не давалось ей раньше. Ей нравилось быть вне клетки, в которую ее посадил Маттео. Но я не мог винить его. Не совсем. Так он защищал свою дочь и семью.

Я снял пистолет с предохранителя и убрал с него руки, положив их ей на талию. Адриана сделала глубокий вдох, но не двинулась с места.

— Стреляй, – прошептал я возле уха.

Она не стала ждать моей помощи и даже не замешкалась. Звук выстрела оглушил нас, и эхо умчалось по лесу, заставив всех птиц вспорхнуть в небо. Из-за отдачи ее тело слегка дернулось назад, но я крепко держал ее, не причиняя боли, чтобы она не навредила себе.

Когда звуки выстрела исчезли где-то в горах и изначальный шок прошел, Адриана развернулась ко мне и начала прыгать на месте от восторга, махая пистолетом в руках.

— О. Боже. Мой. Я сделала это!

— Эй-эй, аккуратно, Рэмбо. – Я осторожно потянулся за пистолетом и забрал его у нее, пока она не покалечила нас обоих.