Книга Во власти любви. Книга вторая, страница 62 – Эмилия Вон

Этого не может быть.

— Как это возможно? – спросил я себя, хватая ртом свежий воздух, пытаясь заполнить им легкие.

Закрыв глаза, я торопился отыскать в уголках своей памяти хоть что-то об отце, о его работе, но все это плохо вязалось с тем, что я узнал из той папки.

Эта записка была отправлена капитану полиции Джону Хэнку несколько лет назад. К ней была приложена папка с документом на одного из его сотрудников и главного помощника.

Дальше я не смог читать. Потому что это не могло быть правдой. Этого просто не могло быть. По крайней мере, я был в этом не уверен.

Единственное, что можно было утверждать точно, – это то, что, кем бы ни был Аноним, что отправил эту чушь Джону, он же отправил записку и мне. Этот ублюдок играл со всеми нами? Потому что только это могло бы объяснить весь этот абсурд, что он придумал о моем отце.

Джонатан Уильямс был детективом нью-йоркской полиции и не состоял ни в каких группировках. Его убила Каморра. Он много раз получал награды за доблестную службу и отдал жизнь за свое дело. А на похоронах все прощались с ним, как с полицейским. Мой отец бросил семью, чтобы посвятить всего себя работе. Он был моим героем и примером, я хотел быть похожим на него, хоть и ненавидел, потому что любил. Я уважал его… Отец не мог всю жизнь лгать мне и маме. Не мог…

Однако я понимал, что если бы это досье было поддельным, то оно не скрывалось бы так тщательно от посторонних в сейфе, код от которого знал только я. Цифры пароля означали важную для отца дату. День, изменивший его детство, его жизнь. И если все увиденное мной было правдой, то лишь один человек мог знать, о какой дате шла речь. Все ответы могли быть только у него.

Но я хотел бы поговорить с Джоном, чтобы убедиться в правильности моих теорий перед тем, как пойду к Маттео Моретти.

Я написал сообщение Джону с просьбой встретиться на нашем месте. Он ответил незамедлительно.

На улице уже стемнело. Яркие фонари Нью-Йорка освещали улицы. Несмотря на плохую погоду, народ не прятался по домам. Пабы и бары были заполнены посетителями, улицы – прохожими. Мне удалось найти парковку лишь через улицу от места встречи. Но это и к лучшему – я смог немного охладиться под дождем, пока направлялся к Джону.

Когда я дошел до заброшенной стройки, куртка насквозь промокла. Перепрыгивая через две ступени, я поднялся по лестнице на пятый этаж. Мы выбрали это место для особых встреч, когда в них была необходимость. Сегодняшний день сулил именно такую.

Джон стоял у края, спиной ко мне, зажав пальцами сигарету. Услышав шаги, он обернулся и, осмотрев меня с головы до ног, сделал затяжку.

— Ты жив.

Это был не вопрос.

Джон бросил сигарету на бетон и затушил ботинком.

— Где ты таскался, мать твою? – он подошел ближе.

— В аду, – я старался сохранять спокойствие, чтобы в пару ударов не выбить из него всю дурь. – И, как видишь, вернулся. А теперь, если с этой частью мы закончили, я хотел бы задать несколько вопросов.

— Я советую тебе сменить тон и не забывать, что ты общаешься с капитаном полиции, а не с одним из тех ублюдков, к которым ты, по-видимому, за это время привык, – прорычал он, вплотную приблизившись ко мне. – Вопросы здесь буду задавать я. А ты, если не хочешь сгнить в тюрь…

Он не договорил, потому что мне надоело слушать его нытье. Я пришел не за этим. Толкнув Джона к стене позади, я вцепился ему в горло. Толчок получился слишком резким, отчего Джон ударился головой о бетон сильнее, чем я ожидал. Но он не стал мешкать. Быстро вынув пистолет из кобуры, полицейский прижал его к моему виску.