Книга Ты под запретом, страница 61 – Лена Бонд

Но я всё равно не могу рассказать ему о Борисе. Это кажется таким унизительным — признаться, что в свои почти девятнадцать лет я не могу решать, с кем мне общаться. Да и как это объяснить? Сказать, что отчим против того, чтобы я контактировала с местными ребятами и с ним в том числе? Это такой бред…

Илья замечает, что я загрустила, и притягивает меня к себе, обнимая. Его руки обвиваются вокруг моей талии, а подбородок упирается в макушку.

— Принцесса, — шепчет он мне в волосы, и от этого прозвища, которое раньше казалось нелепой насмешкой, теперь разливается сладкая истома по всему телу. — Ты мне нравишься, это глупо скрывать. Но я не собираюсь что-то от тебя требовать. И да, я не могу с уверенностью сказать, что с нами будет через месяц или два. Но я знаю, что хочу увидеть тебя снова. И ты тоже этого хочешь. Просто доверься себе и своим чувствам.

Я поднимаю голову и смотрю в его карие глаза, в которых так много искренности и тепла. Столько мыслей пляшут в голове. За последние дни мой мир будто перевернулся с ног на голову, и я не узнаю саму себя. Ещё неделю назад я проклинала родителей за то, что они вытащили меня из Москвы в эту глушь. А сейчас я не могу представить, что сбегаю отсюда, как планировала. И дело не в том, что у меня нет денег. Просто что-то изменилось внутри меня самой…

И если действительно прислушаться к себе, то я безумно хочу увидеться с Ильёй. И не важно по какому поводу — будет это свидание или очередной урок по плаванию. Просто быть рядом с ним, слышать его голос, видеть его улыбку, чувствовать его прикосновения.

Я приподнимаюсь на носочки и целую его в уголок губ. Легко, почти невесомо, но этот жест говорит больше, чем любые слова.

— Значит, встретимся на нашем месте в десять? — шепчу я, глядя ему прямо в глаза, и в этот момент мне кажется, что я могу утонуть в их тёплой карей глубине.

— Буду ждать тебя там, — отвечает он с улыбкой, от которой у меня подкашиваются колени.

Мы прощаемся, и я смотрю, как он уезжает, пока мотоцикл не скрывается за поворотом. Только тогда я разворачиваюсь и иду к дому девочки Кати, где меня ждёт Аська. Внутри всё ещё бурлят эмоции, а губы сами собой растягиваются в улыбке, которую невозможно сдержать.

Когда я подхожу к забору, то вижу компанию маленьких девочек, плескающихся в большом надувном бассейне. Они визжат, брызгаются и хохочут, как стайка беззаботных птиц. Но Аськи среди них нет, и это заставляет меня напрячься. Холодок тревоги пробегает по спине, вытесняя тепло, которое оставили прикосновения Ильи.

Я захожу во двор, чувствуя, как сердце начинает биться чаще, но уже не от волнения, а от страха.

— Девочки, привет, — говорю я, подходя ближе. — Я Полина, сестра Аси. Она здесь?

Девочки переглядываются, и одна из них отвечает:

— А Аси нет. Её забрали родители.

Внутри меня всё холодеет. Наш надёжный план конспирации, который придумала Ася, только что рухнул и разбился вдребезги. Как теперь возвращаться домой?

Всю дорогу до дома я пытаюсь придумать, что скажу. Может, соврать, что Ася не захотела плавать в реке и пошла к девочкам в бассейн, а я осталась на берегу одна? Но если Борис был там и не видел меня... Хуже всего, что я не могу узнать версию самой Аси, чтобы хоть как-то скооперироваться в ответах.