Онлайн книга «Белый ворон»
|
Макс рванул к дому, но проехал всего один перекресток. На втором он увидел скопление людей, патрульный «уазик» и автомобиль дорожно-постовой службы. Девушка в офицерской шинели лежала на тротуаре, ногами на пешеходном переходе, шапка валялась на земле, ветер трепал светлые кудри. Макс бросил машину прямо на проезжей части, на негнущихся ногах подошел к Жене. Патрульный бросился к нему, схватил его, но удержать не смог. Послышался треск, с которым надорвался рукав, Макс пошел дальше. — Да стой ты! На помощь патрульному пришел гаишник, Макс раскидал их всех, но сзади подкрался кто-то третий. Что-то тяжелое опустилось на голову, перед глазами сначала вспыхнуло, а затем погасло. В себя он пришел от резкого запаха, какой-то сержант тыкал в нос склянку с нашатырем, а Держнев, бледный как мел, стоял и жег Макса взглядом. — Да вот, на «пятерке» синей подъехал, мы ему «стоять», а он прет как бык!.. – говорил сержант. — А здоровый как бык! – сказал кто-то из-за спины. — Гражданин Воронов, вы задержаны по подозрению в убийстве! – сказал Держнев. Он порол чушь, но Макса тем не менее схватили, затолкали в «уазик», через несколько минут выгрузили у здания РОВД, завели внутрь, закрыли в обезьяннике. Где Макс испытал знакомое чувство безысходности. В первый и последний раз он попал в ментовку в четырнадцать лет, ничего такого не делал, баклану одному физиономию начистил за то, что на бабульку наорал. Макс замечаний не делал, сразу в тыкву дал, а тут патруль. Думал, все надолго залетит, но утром бабулька пришла к ментам, рассказала, как Макс за нее заступился. Но Маламут врезал ему тогда крепко, нельзя, сказал, перед ментами светиться, тем более по глупости. Осторожничал Маламут, старался работать чисто, но сколько веревочке ни виться… Максу тоже скоро крышка. Или за убийство Жени закроют, или за кражу. Возьмут менты Скаута, а он возьмет да расскажет, за что Женю убил. И Макса сдаст. Скаута за убийство, его за кражу, впрочем, ему все равно. Без Жени ему жизни нет, все равно, где пропадать, на воле или за решеткой. В зоне хоть не сопьется… На допрос его вывели часа через два. В кабинете Держнев, за столом. На стуле, у самой двери, сидит широкоплечий с плоской грудью оперативник: нос, черные брови и вертикальная складка на лбу сливаются в контур креста. Ни дать ни взять трефовый валет, взгляд жесткий, холодный и направлен точно в затылок Максу. Как расстрельный пистолет. — Давай рассказывай, Воронов! – И Держнев смотрел на Макса, как революционный матрос на контру. — Что рассказывать? Приехал за Женей, смотрю, нет, я домой, еду, а она лежит. — Лежит. После того как ты застрелил ее и уехал, она осталась лежать. Ты объехал квартал, вернулся… Преступники всегда возвращаются на место преступления. — Женю из машины убили? – тусклым голосом спросил Макс. Он так примерно и представлял, Женя переходила дорогу, остановилась, пропуская машину. Из этой машины ее и уложили. Он даже знал, кто мог это сделать… Но Скаута сдавать нельзя. Со Скаута нужно спросить лично, других вариантов Макс не видел. — Из машины, – кивнул Держнев так, как будто у него спросили, кто убил, а он ответил, что Макс. — Женя пропустила машину, а из машины выстрелили. — Ну, вот видишь, ты сам все знаешь. |