Книга Белый ворон, страница 62 – Владимир Колычев

На объекте устроили обыск, нашли деньги, бригадира и его подельника взяли за жабры, даже признание выбивать не пришлось, сами друг друга сдали. Закончили, правда, поздно. Третий час ночи, а Макс только-только подвез Молчанову к дому. Крупнопанельная девятиэтажка на улице Клары Цеткин, дом спит, по двору только тени качающихся на ветру тополей бродят.

— Зайдешь? – вдруг спросила Молчанова.

— Куда? – не сразу понял Макс. Хорошо, не спросил зачем.

— Ко мне… Ладно, до завтра! – Тамара в смущении открыла дверь.

— Да мне домой срочно нужно!

— Да ничего… Просто подумала, что ты любишь кофе, – уже на ходу договаривала она.

Она хотела закрыть дверь, но в смятении чувств слишком слабо толкнула ее. Макс услышал про кофе и грустно улыбнулся. Кофе он любил в любое время дня и ночи, но фанател от него только по утрам. А ночью… Пожалуй, сейчас он бы выпил по чашечке крепкого кофе с Вероникой. Для бодрости тела и духа. С ней бы он чем-нибудь занялся. Без планов на будущее. А с Молчановой этот номер не пройдет. Тамара – женщина серьезная. Перед ней рано или поздно возникнут обязательства, а ему это ни к чему. Нет уж, если и утолять жажду, то с кем-нибудь попроще.

Но к Веронике он не поехал. Ее постель еще не остыла после Славы, личность которого Макс хотел, но не успел выяснить.

Кофе на ночь он пить не стал. Принял душ и спать. Он мог проходить весь день, ни разу не вымыв рук, но душ на ночь и утром – святое дело.

На душ утром ему просто не хватило бы времени.

В шесть утра его разбудил звонок телефона, звонил Слепов:

— Где ты? Что делаешь?

— Только что спал.

— Убийство у нас, давай присоединяйся к группе! Улица Новоспасская.

Слепов назвал номер дома и разъединил связь. Макс быстро собрался, рванул к машине. Во дворе остановился, как молнией насквозь прошитый страшной догадкой. А если это Веронику убили? Новоспасская, дом сорок два. А как еще объяснить этот странный вызов? Макс работал по кражам, к «мокрым» делам его не привлекали.

Из машины он выходил с легкой дрожью во всех частях тела. Патрульно-постовая служба у подъезда, следственно-оперативная группа на месте, пестрые ленты, оцепление, работа идет полным ходом. А из подъезда выходил Слепов. Взгляд твердый и острый, ни дать ни взять шампур с винтом. Макс вдруг понял, что упадет или как минимум сильно пошатнется, если сделает хоть один шаг. Остановился, Слепов подошел к нему.

— Вероника? – спросил Макс.

— Вероника.

— Как?

— Задушена. Поясом от халата.

— Пояс остался?

— Нет.

— Тогда почему поясом?

— Потому что халат есть, а пояса нет.

— Пояса нет, правильно.

Максу казалось, что его душа покинула тело. Душа будто зависла над Слеповым и говорила, а тело стояло на месте и молчало.

— Что пояса нет, правильно?

— Потожировые следы на поясе могут остаться. Или запах. Запаховый след… Где собака?

— С собакой заминка вышла.

— В пробирку запах надо взять, на фланельку.

— Какая пробирка? Какая фланелька? – Слепов помахал рукой перед глазами. Еще и пальцами щелкнул. – Ты когда Полякову в последний раз видел?

— Вчера днем, ну, как вы меня отпустили, сразу к ней… Так, мне нужно к ней!

Из подъезда вышел Держнев, и у этого взгляд остронаправленный, как карающий меч правосудия, нацеленный на Макса.

— Он что-то знает? – спросил Макс.