Книга Ты мой рай. Я (не) лгала, страница 76 – Ирина Семендеева

Она должна выполнить указания Босса! Даже после этого, если, она будет гореть в аду!

Но как справиться с сердцем? Которое безудержно полюбило? Что делать с этими безумными чувствами?

Дэвид, любимый. Прости меня!

Она подняла его руку, которая сжимала её грудь, и поцеловала. Дыхание снова участилось. Колени задрожали от мысли, что она сейчас должна сделать. Но всё же Рита медленно освободилась от его ласковых рук и, тихо вставая с кровати, кинула нежный взгляд на любимого мужчину. Который тихо и мирно спал. Его прекрасные черты лица, сводили её с ума. Она безумна желала прикоснуться к ним. Но нельзя! Она должна выполнить указание, не разбудив Дэвида.

Встав с кровати. Она накинула на нагое тело халат, и подошла к раздвижному шкафу. Нашла его кейс. Ещё раз взглянув на спящего Красавчика, аккуратно и тихо открыла его и достала содержимое.

В её руках были важные договора, которые завтра должен Дэвид Оуэн Смит. Предоставить новым партнёрам, для заключения договора на продажу и приобретение поддержки по объединению контракта на покупки и распространению ювелирных бриллиантовых и изумрудных ожерелий.

И их она должна уничтожить!

Сердце вновь защемило в груди, ознакомившись с их содержимым.

Но у неё нет выхода. Её мама и сестрёнка, превыше всего.

Девушка открыла раздвижные двери террасы и, закрыв за собой, вышла навстречу прохладному ветру. Который дул с моря. Погода начала меняться, приводя с собой тучи и ощущения дождя.

Рита села за круглый столик и, взяв пепельницу, которая предоставлялась в любом номере. Пододвинула к себе, как и вычурную, симпатичную зажигалку. Одним щелчком, огонь тут же пламенно и красиво заиграл перед её холодным, ничем не выражавшим лицом. Рита взяла в руки пачку договоров и поднесла к ним пламенные язычки оранжева-жёлтого огня. Они тут же с треском поглотили светлые бумаги. Постепенно и ярко испепеляя их. Запах жжённой бумаги ударил по нежным рецепторам, распространяясь по террасе. Рита держала в руках договора, с каменным лицом, наблюдая их медленное, уничтожение. В её аквамариновых зрачках отражался мерцающий отблеск яркого огонька. Сжигая не только бумагу, но и её душу. Которая дико билась в агонии…

Утро наступило быстро. Рита убрала остатки жжённой бумаги и вернула кейс в исходное положение. Вложив во внутрь левые бумаги. Осталось надеяться, что Дэвид не заглянет во внутрь и не обнаружит пропажу. После она вернулась в кровать и прижалась спиной к его мощной вздымающееся груди. Закрыла глаза. Пыталась уснуть. Но совесть не позволяла. Сердце нещадно болело. Спирая дыхание. Сжимая горло в тиски. На глазах выступили слёзы, запечатлев на щеках, горячее жжение, и, медленно сползая, оставили мокрый след на подушке.

К восьми утра Дэвид открыл глаза. Любуясь нежными чертами её лица.

«… Я глубоко жалею, что каждый день, проведённый с Дейзи, становится короче. Всё неминуемо близилось к концу. И каждый раз я пытаюсь отбрасывать эти мысли на потом. Не хочу думать об этом! Она вчера призналась мне в любви. И я осознал, как сильно тоже полюбил её. И эти слова грели душу. В первые в жизни, я чувствую себя счастливым. Полноценным. Полным сил и готовым совершать безумные поступки. С того момента, как Малышка Дейзи появилась в моей жизни, я потерял голову. Не узнаю себя. Но и не жалею. Не один из ранее отпусков, не был так насыщен яркими красками и эмоциями. Она заполнила пустоту в моей душе. Я встаю каждый раз утром, сжимаю чувственное, женственно тело в своих объятиях и испытываю потрясающее наслаждение. Она рядом. Я могу чувствовать её. Обнимать. Целовать. Вдыхать её обворожительно-чарующий аромат цветочного жасмина и испытывать блаженство. Сможем ли мы быть в месте, после? Я не знаю. У нас разные жизни. Наши семьи враждуют. И неизвестно, как они отреагируют на нашу связь. Но Дейзи мне нужна. Я не хочу её потерять!