Книга # И всё пошло прахом, страница 74 – Кира Сорока

— И когда ты сможешь спросить про меня? И… — опускаю взгляд на свой живот. — Это не помешает?

Она берёт меня под ручку, и мы медленно шагаем в сторону улицы Ленина.

— Узнаю всё сегодня. И думаю, отец мне не откажет. Не переживай, Сочи, прорвёмся!

Расплываюсь в улыбке.

— Меня Тая зовут.

— Женя.

И мы снова пожимаем друг другу руки.

Тая

Март 2020

— Чёрт!.. В лужу наступила, — вздыхаю я, глядя на мокрый кроссовок и брючину.

Живот мой уже на нос лезет, под ноги смотреть не получается.

— Пошли быстрее домой, пока не заболела, — подхватывает меня под ручку Женя.

К счастью, нам тут идти всего ничего — около ста метров.

Я отказалась от своей съёмной квартиры ещё в январе. Вот уже два месяца мы с Женькой живём вместе. Так дешевле и веселее.

Когда не думаю о Рамиле, я даже ощущаю себя счастливой. Процентов на шестьдесят.

Подружка помогает мне раздеться и разуться. Усаживает на диван в гостиной, которая стала моей комнатой. Женя занимает единственную здесь спальню.

— Давай горячего чая бахнем, а? — спрашивает она.

— Тебе же к пересдаче готовиться, — напоминаю ей о проваленном экзамене.

Она отмахивается.

— У меня есть ночь. Подготовлюсь.

Убегает на кухню. А я сижу, растирая отёкшие лодыжки. Они в последнее время распухают.

Вроде бы работа гардеробщицы совсем несложная, и я чаще всего сижу. Но мой организм всё равно недомогает. Страшно разболеться, страшно не доносить ребенка…

В женской консультации мне порекомендовали ложиться в роддом за две недели до предполагаемого срока родов. А я не хочу. И не хочу подводить отца Жени — директора школы, который принял меня на работу, рассчитывая, что я продержусь до апреля. Именно тогда вместо меня выйдет прежняя гардеробщица.

Вообще, отец Жени Юрий Иванович — очень хороший человек. Мы с ним вроде как подружились. Иногда он приходит к нам в гости, приносит фрукты для меня и сладости для дочери. Помимо Жени у него ещё трое детей, и всем он уделяет время.

Сам Бог свёл меня с этой семьёй. И если бы не они…

Даже думать не хочется, что бы тогда было.

— Тая, чай готов! — кричит Женя с кухни.

Начинаю вставать, и моя дочка больно пинает… видимо, по каким-то жизненно важным органам. Это очень больно…

— Ох… — сгибаюсь, обхватив живот.

Глажу его по часовой стрелке.

— Ну что ты такая бандитка, а? Мама и так еле себя носит…

— Тай, ты идёшь? — вновь кричит Женя с кухни. — Твоего футболиста по телику показывают!

Глохну и слепну на несколько секунд...

Так давно я не позволяла себе заходить в соцсети, не пыталась даже взглянуть на страничку Рамиля или на его фотки в фан-группе.

Если не видеть его, можно ведь, в конце концов, позабыть, да?

Мне не нужно ходить на кухню и смотреть в чёртов телик. Но я, конечно же, тащусь туда и, усевшись на стул, впиваюсь взглядом в экран.

Женя садится рядом, двигает ко мне чашку с чаем.

— Ты посмотри, какие мы важные... — усмехается она, глядя на экран.

На экране команда футболистов покидает автобус. Потом показывают, как они шагают по коридору в сторону раздевалки. Действие происходит на территории какого-то большого стадиона. Вроде бы это запись, а не прямой эфир. Комментатор вещает, что команда ФКИГ проведёт дружеский матч с победителями прошлогоднего юношеского турнира.

Рамиль уже скрылся в раздевалке, а я так и не могу вздохнуть. Он немного изменился с тех пор, как я видела его в последний раз. Кажется, подстригся по-другому. Ему идёт. А ещё он возмужал, стал шире в плечах.