Книга (не) Предал тебя, страница 25 – Кира Сорока

Проходит несколько секунд, прежде чем вновь решаюсь заглянуть внутрь студии. Нет, всё в порядке. Ева по-прежнему танцует, но уже поднявшись с пола и повернувшись спиной к двери.

Идеально!

Продолжаю наблюдать за ней.

— Дамир, я не танцую для неблагодарной публики! – внезапно произносит девушка стальным голосом. И сразу оборачивается. – Тебе лучше уйти.

— Почему неблагодарной? – спрашиваю с негодованием.

Ева меня гонит... Но с чего вдруг я должен уходить?

Уверенно захожу в студию.

— Неблагодарной – потому что ты вряд ли можешь оценить мой танец.

— Оо, нет! – усмехаюсь. – Я очень оценил. И не только танец, – многозначительным взглядом прохожусь по её фигурке. – Я очень-очень оценил твой внешний вид. Ты и в школу так ходишь?.. Хотя вряд ли...

Думаю, на неё и так все парни слюнки пускают. Нет уж... Даже хорошо, что она не ходит в таком виде на уроки. Поморщившись от собственных мыслей, вытряхиваю их из головы. Меня вообще всё это не должно беспокоить.

— Естественно, в школу я одеваюсь иначе, – бесстрастно отвечает девушка. – Да, у нас нет формы, но существуют же определённые нормы приличия.

— Расскажешь?

Подхожу к Еве. Держался до этого момента на расстоянии, потому что думал, что она вновь начнёт танцевать. Но девушка подходит к подоконнику, запрыгивает на него и садится, свесив ноги. Уткнувшись в свой телефон, делает вид, что чертовски занята. Но через пару секунд всё-таки переспрашивает с деланым безразличием:

— Рассказать? О чём?

Похоже, всё ещё обижена на меня за то, что был с ней груб.

— Ну да, о правилах приличиях.

— А что, ты не имеешь о них представления? – язвительно фыркает она.

Тут же парирую:

— Мне интересна твоя версия. Хочу знать, что ты считаешь приличным.

— То же, что и остальные приличные люди, – произносит она, подчеркнув слово «приличные». – Школа в первую очередь для того, чтобы получать знания. И внешний вид не должен мешать и отвлекать.

— То есть, – решаю подытожить, – твои лосины, например, отвлекут меня от занятий. Так?

Мой взгляд впивается в её бедра.

— Нет... Я не это... Зачем... Зачем же так утрировать? – говорит она с запинкой. Потом, вновь уткнувшись в телефон, сухо бросает: – Уходи, Дамир. Здесь тебе не место.

И это очень грубо, вашу мать! Однако я отвечаю вполне расслабленным голосом:

— Всё ясно. Ты стесняешься передо мной танцевать.

Специально поддеваю девушку. Уходить мне совсем не хочется.

— Я не стесняюсь! – тут же отрезает она и спрыгивает с подоконника. – Кто ты такой, чтобы я тебя стеснялась?

Ничего более логичного придумать не получается, и я выдаю:

— Новенький... Тот, кого ты пока не знаешь. Тот, кто тебя очень интересует. Конечно, ты меня стесняешься.

— Ты не интересуешь...

Договорить она не успевает, потому что я подаюсь ближе и прижимаюсь к девушке, вдавив спиной в подоконник.

— Что ты делаешь? – спрашивает она, вперив возмущённый взгляд в моё лицо.

Пожимаю плечами, потом стягиваю с них рюкзак, швыряю на пол.

— Что ты делаешь, Дамир?! – спрашивает Ева вновь, повысив голос.

— Не знаю... Ты можешь спросить меня об этом завтра? Иногда мне сложно разглядеть логику в собственных поступках и объяснить их прямо в ту же секунду...

Ева нахмуривается и тихо бормочет себе под нос:

— Ты такой странный...

Мы замираем. Она не пытается меня оттолкнуть. Уперевшись ладонями в мою грудную клетку, просто удерживает на некотором расстоянии. А я разглядываю лицо девушки, крепко обнимая её. Веснушки на курносом носике, небесно-голубые светлые глаза и губы, которые Ева нервно покусывает.