Книга Притворись моей, девочка!, страница 54 – Кира Сорока

Даша вновь тычет мне в бок локтем и берёт инициативу на себя.

— Расскажи лучше о себе, Лера, — говорит дружелюбно. — Ну или об Артёме с Тимуром. Например, какими они были, когда были младше.

Я расплываюсь в улыбке. Так вот значит, что её интересует? Каким сорванцом я был? Что ж… Это мило.

Ещё пару месяцев назад меня определённо замутило бы от этого «мило». А сейчас по кайфу. Решаю дать сестре высказаться.

Но она не спешит. Ей приносят коктейль, и Лера поигрывает трубочкой, царапая ею стенки стакана. Потом пробует напиток.

— Ммм… вкусно… — протягивает сестра, расслабленно откидываясь на спинку дивана. Смотрит на Дашу. И выдаёт в итоге с претензией в голосе: — Да они с Тимуром всегда были говнюками! Надо мной всё время издевались. Помню, мы с семьёй на летних каникулах приехали к ним в гости. Мне тогда было девять. Ребята позвали меня на озеро. И оставили там. Короче, бросили. Я заблудилась и не смогла найти дорогу обратно. Меня просто чудом нашли. А этим двум, — кивает на меня, — даже ничего не сделали. Вот так.

Даша поворачивается ко мне, и в её взгляде читается немой вопрос. Типа «как вы могли?» Пожимаю плечами.

— Да, мы не слишком жаловали Лерку, — говорю в своё оправдание.

На самом деле мы её совсем не жаловали, она была стукачка. Стоило нам с Тимуром хоть чуть-чуть нарушить правила, как отец тут же узнавал об этом. Мы тогда без зазрения совести кинули её одну на том озере, ведь оно было всего в чёртовых пятистах метрах от дома. Кто ж знал, что она заблудится?!

— Аааа… Не слишком жаловали? Ну-ну! — фыркает Лерка. — А сейчас как, Тём? Ты меня жалуешь?

Она спрашивает совершенно серьёзным тоном. И с явной обидой.

— Почему ты вдруг об этом спрашиваешь? Вроде уже не дети, нет? Старые обиды забыты. Ты — наша сестра.

И, чтобы снизить градус напряжения, добавляю с улыбкой:

— Нравится нам это или нет, но приходится с тобой возиться.

— Ха-ха! Очень смешно! — показательно надувает губы Лера.

Но я по глазам вижу, что она довольна моим ответом. А Даша приклеилась губами к трубочке и просто потягивает коктейль, потому что с Леркой порой невозможно вставить и слово.

— Вы, кстати, ножки не мочили? — сестра указывает на воду. — Вода холодная?

— Ледяная, — отвечает Даша, предостерегая Леру.

А та явно собирается броситься в воду. Вскакивает, снимает кроссовки. Закатывает джинсы до колен.

— Но она, правда, очень холодная! — пытается вразумить её Даша.

Я касаюсь её руки и просто качаю головой. Пусть идёт. Пусть даже целиком окунётся! Лишь бы оставила нас на пару минут одних.

Даша хмурит брови и укоризненно качает головой, видимо, не оценив моего решения.

— Вы как два пенсионера, — посмеивается тем временем Лерка. — Сидите здесь, пьёте молоко, а мимо вас жизнь проходит.

Вот теперь я её узнаю. Танцы под дождём, песни до хрипоты посреди леса. Стырить сумочку из магазина — просто так, потому что это легко. Вот она — моя троюродная сестра. Абсолютно без тормозов. Не удивлюсь, если сейчас вода ей покажется теплущей, и она полностью скинет одежду.

Пофигу. Пусть делает, что хочет.

Лера выбегает из беседки, приближается к воде и осторожно трогает её большим пальцем ноги. Оборачивается к нам — на её лице восторг.

— Лишь бы потом не разболеться! — кричит ей Даша, пытаясь образумить девчонку.