Книга Притворись моей, девочка!, страница 85 – Кира Сорока

Я чувствую его нежное отношение ко мне буквально каждой клеточкой тела. И мне хочется, чтобы и он чувствовал моё отношение к нему.

— А я сделала бы всё, чтобы ты был счастлив, — произношу немного смущённо. — Мне больно, когда тебе больно.

Да, я всё ещё думаю о его отце. Который позволяет себе поднимать руку на сына. Ни за что не пожелаю своей маме такого мужчину!

— Мне будет больно, если мы расстанемся, Даша, — говорит Артём.

Он больше не улыбается. Смотрит мне прямо в глаза. И я тону в его синих глазах, как в омутах.

— Учебный год очень быстро закончится… И мы встанем перед выбором — а что дальше? Предлагаю решить это прямо сейчас.

— Тебя ждёт Принстон, — успеваю вставить я.

— Нет, я не хочу туда, — он качает головой. — Учусь я нормально. Есть много вузов, куда смогу поступить без помощи отца. И мы с тобой выберем какой-нибудь один универ. Подходящий нам обоим.

— Я…

Я не знаю, что сказать.

Мысли о Принстоне и об отъезде Тёмы меня пугали. И сейчас мне очень хочется поверить, что этого можно избежать. Но мне совсем не хочется портить парню будущее.

— И мы могли бы пожениться сразу после школы, — внезапно произносит Артём.

Мои глаза расширяются. Потом я прыскаю от смеха.

Это же шутка, да?

Впрочем, мой смех тут же обрывается, потому что по глазам Артёма я вижу, что он не шутит.

— Тём…

Он не даёт мне ничего сказать, закрыв рот поцелуем. Оторвавшись от губ и немного отстранившись, вновь заглядывает в глаза.

— Знаешь, я был в клетке все эти годы. Пусть и в золотой, но всё же в клетке. А ты подарила мне свободу.

Сглатываю. Чувствую, как начинают дрожать руки.

Мне сложно было поверить, что Артём Соболев вообще может испытывать любовь к кому-то. Тем более ко мне. Но сейчас я вижу — он любит. А я, наверное, просто не могу так же красиво говорить. Но тоже люблю его.

— Ну скажи «да», — вновь улыбается парень. — Давай сделаем этот день ещё более незабываемым.

— Да?

— Угу… Мы поженимся после окончания школы. Скажи «да»!

Ответить я не успеваю… Потому что прибывает лифт, и мы слышим в холле шаги. Похоже, ужин наших родителей закончился.

Слезаю с колен Артёма и сажусь с ним рядом. Мы оба замираем. Через несколько секунд дверь в номер распахивается, и входит мама. Она немного вздрагивает, увидев устремлённые на неё взгляды.

— Господи! Вы меня напугали… — улыбнувшись, мама прикладывает руку к груди. — Что с вашими лицами? У вас всё нормально?

Я первой выхожу из ступора. Подхожу к маме и обнимаю её. Ведь я очень соскучилась…

— Хорошо, что ты здесь, — шепчу, уткнувшись носом ей в плечо.

— Ты написала — я приехала, — отвечает мама. Взяв меня за плечи, отрывает от себя и смотрит любящим взглядом. — Разве я позволю кому-нибудь тебя обидеть?

К нам подходит Артём. Слегка замявшись от неловкости, протягивает маме руку.

— Добрый вечер, Ольга Александровна.

— Добрый, — мама пожимает его руку, внимательно глядя ему в глаза. Так, словно в самую душу смотрит.

Она это умеет.

— Я, пожалуй, пойду. Уже поздно, — на губах Артёма появляется извиняющаяся улыбка.

— Да, иди, — кивает мама, не сводя с него глаз. — К тому же завтра вам возвращаться в пансион.

— Ты меня отвезёшь в аэропорт? — спрашиваю я.

— Нет. Влад Сергеевич любезно согласился захватить тебя. Всё равно он вместе с сыновьями едет туда.