Книга Прятки. Я иду искать, страница 30 – Кира Сорока

Надо сказать, девушка прекрасно выглядит. Белокурые волосы идеально выглажены и словно светятся на солнце. На лице безупречный макияж. Даже её ногти безупречны. А одежда подчёркивает все прелести фигуры. Мой взгляд невольно упирается в эти самые прелести.

— Так где, Кир? Куда ты дел Белову? – настойчиво продолжает Ника.

Её ноготок тоже настойчиво исследует мою грудную клетку.

— Ты не голодна? – спрашиваю в ответ бесстрастным тоном.

— Ээ… Что? – непонимающе протягивает Ника, отдёрнув руку.

— Сейчас большая перемена, все пошли есть, а ты нет. Снова на диете?

Девушка вся краснеет от моего замечания. В седьмом классе она была весьма пухленькой. Потом села на диету, по слухам – не ела неделю. В итоге сильно похудела. Стала первой красавицей в школе. И почти все делают вид, что совсем не помнят, какой Ника была раньше.

Чтобы скрыть своё смущение, она хохочет.

— Да зачем мне диеты, Кир? – показательно скользит по своему телу ладонью, заставляя мой взгляд прилипнуть к её руке и двигаться вниз вместе с ней. – Как видишь, диеты мне не нужны… Я просто не голодна. И решила найти тебя. Странным образом вы сегодня прогуливаете вместе с Беловой.

Я скрещиваю руки на груди, лениво наваливаюсь на стену. Отдираю свои глаза от тела девушки. Последняя фраза Ники прозвучала двусмысленно.

— Не боишься, что Тимур поймёт, что ты ревнуешь меня? – замечаю я, не скрывая сарказма.

Сначала Ника изумляется моей дерзости. Потом берёт себя в руки, натянув на лицо привычную надменную маску. Делает шаг ко мне. Заключительный. Больше ей шагать некуда, носы нашей обуви соприкасаются.

— Не боишься, что Тимур узнает о твоих тайных желаниях относительно меня? – спрашивает она сладким голосочком.

Несмотря на то, что на Нике туфли на высоченном каблуке, она всё равно едва дотягивается макушкой до моей шеи. Ей приходится задрать голову, чтобы смотреть мне в лицо.

— Моих желаниях? – изображаю удивление. – Прости, но речь идёт о твоих желаниях. Как раз ты должна бояться, что Тимур о них узнает.

Взгляд Ники становится просто убийственным. Она долго смотрит мне в глаза. Её грудь поднимается и опускается в такт неровного дыхания. Спустя пару минут она произносит:

— Что у тебя на уме, Кирилл?

— Не понимаю, о чём ты.

— А по-моему, очень даже понимаешь, – Ника продолжает сканировать меня своими огромными зелёными глазищами. – Тимур не рассказывает мне о том, что случилось в Америке. Я, видите ли, должна была просто принять тот факт, что теперь ты типа наш друг. Но я же вижу, что ты нам не друг.

— С чего ты сделала такие выводы? – усмехаюсь. – Какие требования, предъявляемые к другу, я не выполнил?

— Белова! – тут же выплёвывает Ника. – Я хочу знать, какие унижения ты для неё приготовил на сегодня.

— Тебя это не касается, – тут же отрезаю, стерев с губ улыбку. – Тимур подарил её мне. Она моя. Не ваша!

— Серьёзно? Твоя? – хмыкает Ника. Потом сюсюкает: – Ох, как это трогательно!.. Делая вид, что издеваешься над ней, ты защищаешь её! Знаешь, почему Тимур отдал её тебе лишь на сутки, а не на месяц, как, например, сделали с Рязановой?

— И почему?

— Потому что он проверяет тебя. Хочет понять: ты с нами… или с ними.

Она вновь протягивает руку, и её ноготок на этот раз ползёт по моему горлу.

— И знаешь, что я вижу, Кир? Ты с ними. Очень даже с ними. И совсем не собираешься использовать Белову по назначению.