Книга Прятки. Я иду искать, страница 8 – Кира Сорока

Да, понимаю… Они – отпрыски богатых родичей, а я – всего лишь дочка завуча. Вот в чём разница.

— Ясно… – опустив взгляд в пол, просто киваю.

Несколько секунд чувствую взгляд Кирилла на своей макушке, а потом парень просто уходит.

Слёзы всё-таки бегут по моим щекам, и я поспешно их вытираю. Дожидающиеся меня Даша и Марат подходят ближе. Алиев тут же обнимает за поникшие плечи.

— Забей, Ась! – начинает утешать меня парень. – Походу, Кир всегда таким был, просто умело притворялся.

Это неправда. Кирилл всегда был самым добрым из нас. И Марат знает об этом. Но я благодарна за то, что он хотя бы пытается приободрить меня.

— И правда, Аська! – Даша проводит ладонью по моей спине. – Хватит уже убиваться по этому Суворову. Пусть тусит с Соболевыми. А мы как-нибудь сами. Пошлите лучше на следующий урок, а?

Я вытираю щёки. Когда мы идём к классу русского и литературы, осторожно забираю свою ладонь из руки Марата. Он тут же запихивает обе руки в карманы брюк, и его взгляд становится немного виноватым.

Наверное, я ему нравлюсь. Скорее всего, даже не наверное. Но между нами может быть только дружба – в этом я абсолютно уверена. И не потому, что Марат плохой парень. Нет. Просто он не Кирилл.

После урока русского – большая перемена, и мы с Дашей бежим к нашему педагогу по танцам, чтобы узнать, в какие дни и в котором часу будут проходить занятия в этом году. Выяснив всё необходимое, торопимся в столовую, а для этого нам приходится покинуть учебный корпус.

Дождик, к счастью, закончился, и выглянуло солнце. А значит, есть шанс занять места на летней веранде столовой, а не внутри здания.

Марат, к слову, занял там столик и сидит вместе с нашей сладкой парочкой Полиной и Яном, набрав гору еды.

— Там сок апельсиновый сегодня есть? – сходу спрашивает Даша.

Алиев утвердительно кивает, но я не наблюдаю сока на нашем столе.

— Ну Маратик! Ну когда ты запомнишь, а?.. – плаксиво протягивает Даша. – Я люблю апельсиновый, а не яблочный.

— А я не люблю, у меня от него изжога, – парирует Марат.

Даша фыркает и уходит внутрь столовой, чтобы взять себе сока. Я опускаюсь за стол рядом с Маратом.

— Вот, Ась! Взял тебе сырники, как ты любишь. И чай.

— Спасибо, – я обхватываю горячую чашку онемевшими пальцами.

В меня точно ни крошки не полезет, но нужно попытаться поесть хотя бы из чувства благодарности к Марату.

— А что, Гордеева снова в этом году на танцы будет ходить? – интересуется Полина, сидящая напротив меня.

Отвечаю, поморщившись:

— Куда же без неё?.. Тренер её просто обожает. Говорит, она самая артистичная из всех нас. И самая гибкая.

Поля закатывает глаза.

— Короче. Алла (так зовут нашего тренера) качественно лижет жопу Нике. Впрочем, неудивительно… Я тогда не пойду и в этом году, – она смотрит на своего парня Яна. – Лучше с тобой в шахматы, чем рожа Гордеевой на танцах.

— Вот уж сравнила так сравнила! – поддевает её Ян. Потом обнимает за плечи. – Не хочу в этом году на шахматы, мне там скучно. Давай просто в комнате будем запираться, и всё.

Последнее предложение звучит с явным интимным подтекстом, и мои щёки буквально начинают гореть. Ни для кого не секрет, что многие из нас уже давно перешагнули все границы дозволенного, но мне всё равно неловко слушать о чьей-то интимной жизни.