Книга Запрети тебя любить, страница 43 – Кира Сорока

— Вот и я более-менее, – вновь посмеивается парень. – Почему я всегда сдаю историю, не сложно догадаться.

Игнат уже откровенно ржёт, но это, и правда, смешно. Его мать учитель истории, конечно, он должен знать предмет!

— Вот только непонятно, что здесь делает этот, – Игнат кивает на Остапа. – У него знаний по теме – ноль! Моя мать его завалит, несмотря на недавно обнародованное родство с Денисом.

— Недавно обнародованное или недавно вскрывшееся? – я цепляюсь за слова намеренно. – Ты знал, что Остап его сын?

К моему удивлению, Игнат отводит взгляд, явно желая что-то скрыть.

— Скажем так: я подозревал, – наконец признаётся он, вновь зыркнув на Остапа.

— Поэтому и эта вражда между вами? – наседаю я.

Да, мне всё ещё важно понять! Возможно, сейчас уже поздно копаться во всём этом, но мне будет легче, если я смогу разобраться.

— В том числе, – не отрицает Нестеров. – Ну скажи, Варь, какого чёрта ему надо? – он уже в открытую прожигает Остапа злым взглядом. – Его место рядом с матерью-наркоманкой! Семья Дениса – не его семья! Я не понимаю, как вы терпите его в своём доме!

— Остап – его сын, – я сохраняю голос спокойным, хотя внутри плещется негодование.

Игнат не имеет права так говорить!

— Ну да, сын, и что? – искренне удивляется Игнат. – Его мать ш... – осекается. – Короче, ты поняла, кто она такая. Сейчас-то чего им надо? Неужели на что-то надеются?

Мне хочется сказать, что Остап просто живёт со своим отцом, пока его мама в больнице, не имея никаких скрытых корыстных причин. Но я в этом и сама не уверена. Не потому, что мать Остапа приказала ему отомстить. Хотя и поэтому тоже... Но в основном потому, что я, как мне кажется, успела узнать Остапа с лучшей стороны. И хоть эта сторона его личности сейчас надёжно спрятана, но всё-таки она есть. Она там, у него внутри. И это хорошее, живущее в нём, неспособно кого-то обмануть или ограбить – если именно это имеет в виду Нестеров.

— Его мать там на лечение дорогостоящее попала, – будто бы опровергает мои доводы Игнат, хотя я их ещё и не высказала. – Наверняка Войнов собрался грабануть Дениса. Чем он платить за клинику будет?

— Заработает, – я, как идиотка, продолжаю защищать Остапа.

— Да уж, мне бы твой оптимизм, – брезгливо фыркает Игнат. – Столько честно не заработаешь, Варь.

Может, это и так, не знаю. Но кто я такая, чтобы говорить так, словно знаю? В конце концов, дела матери Остапа меня не касаются. Сейчас моя мама в таком же положении, и она тоже в больнице. Я должна думать о ней в первую очередь.

Отвлёкшись на собственные мысли, не замечаю, как совсем рядом со мной разгорается конфликт.

Сначала Нестеров спросил у Остапа, что ему нужно, раз уж он так уставился на нас. Войнов, кажется, ответил что-то матом, и они дёрнулись друг к другу, оба сжав кулаки.

— Игнат! – я вклиниваюсь между соперниками, специально повернувшись к Игнату лицом. Сохраняя зрительный контакт с парнем, требую хоть и спокойно, но безапелляционно: – Игнат, прекрати! Может, хватит всех подставлять? Отношения выясняют двое, а страдают все. Не надо срывать экзамен. Не надо портить учителю настроение и давать повод поставить всем «неуд».

— Тебе точно не поставят, – успокаивает меня Игнат, всё же отходя от Войнова. – Ладно, Варь, ты права! Драться с ним – только руки марать.